Орден белых лилий

 – Ответив с предельной вежливостью, Полина все же спросила: – А что было дальше?

– О чем вы, дорогая?

– Вам позвонила любовница мужа…

– И сказала, что она беременна от Кирилла.

Помолчав, Полина заметила:

– Не знаю, что бы я на это ответила.

– Она сказала, что ей не на что жить.

– Мне стало ее жаль. И знаете, о чем я подумала?

– Две дочери Кирилла, наши с ним дети, живут, ни в чем не нуждаясь, а эта кроха будет жить в нищете и даже голодать.

– Вы меня удивляете.

– Вероятно, потому, что вы с этим не сталкивались.

– Да уж, избави бог… Что было дальше?

– Она попросила денег, и я их дала.

– Но подождите, а вдруг вас обманули?

– Она звонила мне со своего телефона. Я его знаю.

– Вы виделись с этой женщиной?

– К счастью, нет. Деньги я передала через ее родственника.

– Значит, у ваших дочерей появится брат или сестра?

– Вовсе не обязательно. – Светлана съехала на проселок и направила автомобиль к чугунным воротам. – Юлия могла соврать про беременность.

– Зачем же вы отдали ей деньги?

– В конце концов, ее бросил мой муж. Мне кажется, это гуманно.

Немного подумав, Полина сказала:

– А по-моему, это цинично.

На что Светлана ответила:

– Не буду оспаривать. В чем-то вы правы.

Машина подъехала к дому. Светлана повторила, что ждет всех троих в гости, и уехала.

Мария нашла в себе силы приготовить обед, и это упростило Полине жизнь. Покормив дочь, сама она есть отказалась, ей было не до того. После обеда они с Лидочкой отправились в свой номер и не выходили оттуда до вечера.

Это был длинный день. Лидочка играла на подоконнике с кружками. Импровизированный хор пел слишком тихо, и Лидочка чуть слышно поругивалась, копируя музыкальную воспитательницу детского сада.

Полина лежала на диване, смотрела на дочь и решала, что ей предпринять. Впрочем, если разобраться, никакого выбора у нее не было. Здравый смысл подсказывал короткую и прямую дорогу – откровенно поговорить с мужем. При одной только мысли, что Сергей разлюбил ее, у Полины похолодели кончики пальцев. Она гнала от себя страшные мысли, но они возвращались снова и снова, кружили в ее голове, как то воронье в лесу над почерневшими остовами зданий.

Полина не представляла себе, как может оторваться от мужа или отсоединить его от себя, но так же хорошо понимала, что никогда не смирится с предательством. Семейная философия Мельниковой была для нее неприемлема. Она была уверена: расстаться с Сергеем – мука, но еще большая мука – мириться с его изменами.

Прикрыв глаза, Полина представила недавнюю сцену: чужая женщина тянется губами к Сергею. Наивная Лидочка решила, что тетенька собралась его покусать. Светлана ничего не заметила, и лишь Полина знала всю горькую правду: они наверняка целовались.