Опричник Тайного Приказа

Перед ним лежал черный от времени восьмиконечный железный крест, который венчал царский посох!

Дело в том, что артефакт состоял из трех частей — непосредственно самого посоха, креста, венчавшего его и жемчужных бус, дарованных северными магами, которые служили украшением и усиливали магическую мощь. И вот, одна из частей артефакта, который он столь упорно искал, спокойно лежала в провинциальном музее и ее мог посмотреть любой желающий.

— В общем-то, вполне себе рядовые кресты, сейчас трудно установить откуда они и какой кому принадлежал…

— Можно поближе посмотреть вот этот? — перебил директора музея Ростислав.

— Вот этот? Да можно, конечно, — спокойно ответил Иван Борисович, — чем он вас так заинтересовал?

— Где-то я его кажется видел, — медленно произнес опричник, не отрывая глаз от креста, — хотелось бы повнимательней рассмотреть. Очень интересный экземпляр.

— Сейчас попробуем, — сказал директор, знаком подзывая смотрителя этого зала.

Женщина выслушала Ивана Борисовича, куда-то отошла и через полминуты вернулась с ключом. Щелкнув замком, она открыла стеклянную крышку и извлекла крест. Иван Борисович кивком указал на Ростислава и смотрительница, осторожно держа экспонат на ладонях обеих рук, передала его опричнику.

Ощутив в руках металл креста, опричник мгновенно понял, что не ошибся, это он и есть. Мельчайшие царапины, которые он запомнил перед прыжком в будущее были на тех же самых местах. Конечно, к ним добавились новые, но это был тот самый восьмиконечный крест, венчавший царский посох. И самое главное — силу, которую он излучал ни с чем нельзя было спутать.

В его голове уже роились варианты, как завладеть крестом. Росс делал вид, что увлеченно рассматривает музейный экспонат. На самом деле лихорадочно соображал, как поступить. Воспользоваться техникой внушения, по-цыгански забрать и уйти, был не самый лучший вариант и опричник его отмел сразу. Договориться и выкупить за золотые монеты — этот директор музея мог не пойти на это. Пробраться ночью, как ниндзя, в музей и выкрасть он оставил на крайний вариант. К тому же, оставался открытым вопрос, где жемчужные бусы и, собственно, сам посох? Возможно, Иван Борисович мог что-то прояснить. Затянувшуюся паузу прервал сам директор.

— Я вижу вас заинтересовал этот экспонат, — сказал он, наблюдая за реакцией гостя, — пойдемте ко мне в кабинет, а то, что его на весу рассматривать. Там и кофейку выпьем, наконец, а то я сегодня еще ко второй чашке не приступал. Кофеман, знаете ли. Кофе для меня не напиток, а средство передвижения."

"«Надо срочно позвонить Игорю», — подумал Ростислав, шагая за директором музея в его кабинет. — «Это его друг, он его лучше знает, может подскажет чего, чтобы обойтись без крайностей».