Оппоненты Европы

Я понял, о чем вы спрашиваете. Среди убитых и раненых нет посторонних, мы проверили это в первую очередь.

К ним подошли журналисты. Среди них были Морзоне и Хмайн, а также несколько журналистов, которые были аккредитованы на этой конференции. Их интересовало мнение ван Лерберга о случившемся. Морзоне, пользуясь тем, что комиссар полиции стоял рядом, даже шагнул к Дронго.

– Уже помогаете комиссару в его поисках истины? – спросил журналист. – Нашим читателям будет интересно узнать о ваших методах расследования.

– Ваши попытки вывести меня из состояния равновесия закончатся тем, что я просто выброшу вас из отеля, – устало предупредил Дронго.

– Вам не понравилась моя статья? – торжествующе спросил Морзоне.

– Мне не нравитесь лично вы и ваш друг, – пояснил Дронго, – а статья глупая. Обвинять меня, что девятнадцать лет назад, находясь в Ираке, я что-то не сказал Саддаму, по-моему, абсолютная глупость. Или провокация. Можете сами квалифицировать свой выпад, мне лично все равно.

– Значит, моя статья вас достала, – решил Морзоне.

– Не совсем. Мне лично абсолютно все равно, что вы напишете обо мне. Но, когда вы пытаетесь заодно опорочить и других людей, мне бывает неприятно.

Морзоне не стал спорить. Вместе с другими журналистами они обступили комиссара, чтобы начать импровизированную пресс-конференцию. Было известно, что из Брюсселя сюда уже выехала целая бригада журналистов из нескольких телекомпаний, чтобы освещать все события непосредственно на месте. Дронго вошел в развороченный зал. Перевернутые кресла, разорванный стол, пятна крови, куски одежды, выбитые оконные рамы, битое стекло на полу.

В помещении уже работали несколько человек, среди которых был и следователь Кубергер. Дронго подошел к нему.

– Есть что-то конкретное?

– Обычная бомба под столом, – зло произнес следователь, – никто ничего не видел. Но все вспоминают, что в зале посторонних практически не было. А охрана этого мероприятия была поручена не только службе безопасности отеля, но и сотрудникам местной полиции. И здесь тоже все было в порядке. Просто какая-то непонятная загадка. В зал конференции никто из посторонних не входил, они уверяют, что пропускали туда строго по пропускам и приглашениям.

– Значит, у того, кто оставил бомбу, был такой пропуск или приглашение, – предположил Дронго.

– Тогда получается, что у этого сумасшедшего были сообщники, – хмуро заметил Кубергер.

– А вы еще в этом сомневаетесь?

– Я надеюсь, что это был ненормальный. Тот самый, который стрелял в вас вчера вечером, и тот, кто убил Месуда Саргына.

– Слишком много для одного человека, – возразил Дронго.

– Тогда здесь действует целая преступная организация, – иронично заметил следователь.