Оплаченные фантазии

– Чего не понимала?

– Того, что месть не решит моих проблем. Только новая операция мне поможет... Девочки, если вы поняли, что не справляетесь, то не надо юлить, так и скажите. Я все пойму, ведь вы взвалили на себя непосильный труд. Вы тратите свое личное время, рискуете... Я даже не знаю, как мне вас отблагодарить.

– Пока что нас благодарить не за что.

– Лучше поклянись, что ты отказалась от радикальных мер! – попросила Алинка.

– Я уже сто раз вам об этом сказала. Ни я, ни мой брат, ни мама, ни папа – никто ничего не предпринимал! И в пятницу вся семья была дома. Такой ответ вас устраивает?

Прежде чем ответить, я задумалась. Она не завралась, не запуталась, не завела саму себя в тупик, а стройно и четко разъяснила нам свою позицию.

– Устраивает, – сказала я. – Извини, но нам надо было узнать правду.

– Я понимаю, – спокойно ответила Ольга.

Нечаева повернула ключ зажигания и стала разворачиваться. По дороге к дому Владимирцевых никто из нас не проронил ни слова. Откровенно говоря, мне было не по себе из-за того, что пришлось подвергнуть Ольгу такой психологической атаке. Покинув машину, она попыталась улыбнуться, но ее гримаса получилась ужасающей.

– Пока, – сказала Владимирцева и, прикрывая лицо руками, побежала к подъезду.

– Поля, ты ей поверила?

– Да. Некрасиво как-то получилось, набросились на нее вдвоем, устроили перекрестный допрос.

– Некрасиво, – усмехнулась подружка. – Некрасиво так беспардонно врать, как она. Лично я не поверила ни одному Олькиному слову! Врет, пользуясь тем, что по ее лицу не определишь, правду она говорит или нет. Если красота спасет мир, то взорвут его уроды.

– Алина, зачем ты так цинично?

Нечаева повернулась ко мне, и я прочитала в ее взгляде: «Поля, я пытаюсь отговорить тебя от участия в этой безнадежном предприятии, а ты уперлась в него руками и ногами. И совершенно напрасно, никто памятник тебе все равно не поставит. Хорошо, если Владимирцевы „спасибо“ скажут. А могут и не сказать».

– Поля, поехали в кафешку, развеемся, – предложила моя подружка.

Я не возражала.

* * *Вечером мне позвонил Андрей Александрович.

– Клава, здравствуй! – сказал он под звук мерно льющейся воды. Наверное, закрылся с мобильником в ванной. – Я хотел бы знать – что происходит?

– Не понимаю, о чем вы.

– Мне интересно, ты нас обоих решила за нос поводить, или как?

– Странный вопрос!

– Ничего в нем странного нет. Ты ведь куда-то собиралась сегодня вечером с Сашкой, так?

Неужели этот дурачок всем рассказал о казино? Вот уж не думала, что двадцатидвухлетний аспирант отчитывается перед родителями за каждый свой шаг!

– Куда идти?

– Ну, я не знаю, в театр или в ресторан, и вдруг в последний момент ты отказалась.

– Да, отказалась, но на то были свои причины.