Оплаченные фантазии

Для постоперационной реабилитации нанотовары тоже сгодятся.

– Да, Алина, наверное, «живая» вода из наностакана и правда действует. Тебе в голову пришли толковые мысли. Можно попытаться осуществить это на практике. Какая разница, как выкачивать из Жупановых деньги на операцию Ольге? Если нанотехнологии в этом помогут, то я только за... Скажи, а вот пальто очистить от грязи с ее помощью можно?

– Увы, – Нечаева развела руками. – Но я могу одолжить тебе что-нибудь из своих вещей, чтобы ты добралась до дома. Полька, ты бы уж что-нибудь постарее для этого трюка подобрала. Мне кажется, пальто даже в химчистку не примут. Или ты хочешь, чтобы Шурик тебе три цены за него компенсировал?

– Да не ношу я это пальто уже два сезона. А чтобы собрать сумму, необходимую Ольге для пластической операции, надо целый взвод девушек уронить в грязь. А лучше – роту. Я упала не из корыстных соображений, а в... в «гуманитарных» целях. Хотела завести знакомство. И мне это удалось!

Глава 5

Памятник влюбленным появился в Горовске позапрошлым летом. Его установили на площади перед отреставрированным Дворцом бракосочетания. Купидон, пронзивший своими стрелами сразу два сердца – юноши и девушки, полюбился всем, даже людям, бывшим идейными противниками института брака. Немало коварных любовных интрижек начиналось именно здесь. Сама грешу этим не в первый раз.

Жупанов стоял около памятника, торжественно сжимая в руках букет хризантем и выжидающе сканируя взглядом окружающее пространство. Эта милая картинка пробудила во мне мимолетное чувство стыда. Вдруг Шурик действительно в меня влюбился? Мне ведь предстоит безжалостно разбить его сердце вдребезги. Вдруг второго удара этот орган больше не выдержит? Лично мне Жупанов-младший ничего плохого не сделал. Даже заляпанное грязью пальто – исключительно на моей совести. Но такова его печальная участь – отвечать за грехи родителей.

Я наблюдала за Александром через тонированные стекла своего «Мини Купера» и ждала, насколько у него хватит терпения. Романтический запал спал минут через пятнадцать. Взгляд уже не искал мою приближающуюся фигуру, а стал все чаще фиксироваться на наручных часах. Букет был опущен вниз. Неужели рука уже устала его держать? Слабак! Но для научного работника физическая сила – не главное. Ладно, еще пять минут, и можно будет осчастливить аспиранта.

Завернув за угол, я поставила машину на парковку около супермаркета и неторопливо направилась к памятнику. Жупанов заметил меня в самый последний момент и ожил. Его радость была вполне похожа на настоящую.

– Здравствуй, Клава, это тебе, – Шурик, немного смущаясь, протянул мне букет.

– Хризантемы... Я обычно такие цветы на могилу моих родителей приношу."

"– Извини, сейчас уже не лето, не сезон для других цветов.