Опергруппа в деревне

 – За пару часов дойдём?

– И быстрее дойдём, отчего ж не дойти, а тока чего ж нам с вами одним, в лесу, у Проклятой горы, на пару делать? Подозрительно как-то… может, мне батюшку с собой позвать?

– Кузнеца? Нет, кузнец нам не нужен, – твёрдо определился я, вставая. – Время не позволяет, идём. Если кто потом что-то невежливое скажет, ты мне переадресуй – посадим на пятнадцать суток за оскорбление органов при исполнении.

– За любое, любое оскорбление?

– Ну, не так уж чтобы и…

– А вот если вчера дед Фионтист меня в своём саду за подол поймал да «яблоневой плодожоркой» обозвал прилюдно. За это ему будет что-то?

– Не уверен…

– Ну хоть намекнуть ему на каторгу сахалинскую можно?

– Можно, намекай.

Счастливая девица вприпрыжку побежала впереди меня, указывая дорогу. Шли через всё село, куда-то к лесу, местные при виде разрумяненной Маняши и сурового меня тихо шушукались, но вслух неудовлетворённости не проявляли. Зато когда мы практически шагнули на опушку, вслед ударила скорострельная очередь мобильной деревенской частушки:

Шла Маняша тёмным лесомС милицейским мракобесом!И какой же интересЭнту пару тянет в лес!Найду я этого голосистого сатирика, ей-богу, найду… И, как говорится, первым же этапом за Уральский хребет, «на гастроли». Шучу, чёрный милицейский юмор…

По лесу шли довольно долго, маловразумительными тропинками. То есть, если меня одного здесь бросить, я дорогу назад ни за что не найду, ни по солнышку, ни по мху с северной стороны деревьев. Деятельная кузнецова дочь скакала, как коза, не зная усталости, оставалось надеяться, что фамилия её папы не Сусанин…

В самой чаще было не в пример прохладнее, воздух казался едва ли не объёмным от насыщенности зеленоватым хвойным ароматом. Деревенская жительница болтала без умолку, видимо искренне считая, что чем больше она на меня вывалит информации, тем вернее мы возьмём её в отделение.

Сначала я даже чуточку вслушивался в безумно знакомую историю о заезжем купце, который занял деньжат у богатого мужика из соседней деревни, а тот, смеху ради, возьми да и потребуй взамен купеческого мяса с левой ноги… Если Шекспир не переворачивается в гробу каждый раз при этой деревенской брехне, то я уже не знаю, где справедливость?

– А вот же она!

Я не сразу замедлил шаг и почти вписался носом в широкую крестьянскую спину девушки. Угу, вот это, стало быть, и есть та самая Проклятая гора. Обычный холм посреди лесного бурелома, сходство с Лысой горой, где живёт Кощей, едва ли не зеркальное. Приведи меня сюда с завязанными глазами, я бы легко обознался.

– Вот оно, место дикое, страшное, нелюдимое…

– Здесь, наверное, загорать хорошо, – чуть натянуто улыбнулся я.