Опергруппа в деревне

Звать на помощь было рискованно, а судя по тому, с какой лёгкостью Кощей размахивал здоровущим ножом, сил у него вполне хватит на трёх таких участковых, как я, и никакое самбо не поможет.

– Эх, да ты, видать, на подмогу чью надеешься? Так я тебя и тут не обрадую – Митька твой да бабка-отступница с девкой новою в избе сидят, планы на меня строют, твою милость дожидаются. Ни царя, ни стрельцов еремеевских здесь нетути, а петухам ещё спать да спать…

Мне не оставалось ничего, как продолжать плавное скольжение спиной вперёд, покуда сзади не оказался проулок, куда я, развернувшись, рванул на третьей космической скорости. Бежал недолго, потому что быстро, и в результате едва не выломал головой дверь кузнецовой бани. Внутри была, естественно, жуткая темень, но мне удалось кое-как нащупать деревянную скамейку и попытаться прижать ею дверь. Невеликая защита, и всё равно лучше, чем ничего. Я выдохнул, привалился к скамье спиной и замер – буквально в полуметре от моего носа светились круглые зелёные глаза, и почти винни-пуховский голосок ворчливо потребовал:

– А ну пошёл вон, невежа, из моей бани!

От шока я повиновался беспрекословно. То есть почти повиновался, но, спохватившись, столь же быстро развернулся назад и честно выдохнул:

– Не могу…"

"– Ах, так тебе помочь! – угрожающе пробасил голосок, и я почему-то сразу понял, что его обладатель сможет не только шутя выпихнуть меня наружу, но ещё и надавать по шеям в назидание.

– Но я действительно не могу!

– Почему это?

– Потому что там…

Объяснить толком мне не дали, так как снаружи раздались скрипучие шаги, к баньке вальяжно подошёл Кощей. Он демонстративно принюхался, хохотнул утробно и тихохонько постучал пальцем в дверь:

– Вот ты где, сыскной воевода… Неужто думал успеть перед смертью в баньке попариться! Ну да я тебя и немытого убью, не побрезгую…

– Теперь понимаете? – сипло выдохнул я неизвестно кому.

– Угу, – мрачно буркнул тот, кто сидел в темноте, и его зелёные глаза сузились до двух сияющих полосок. – Из-за него, стало быть, выйти не можешь?

– Именно, – признал я и, не удержавшись, спросил. – А вы кто?

– Я-то… я, мил-человек, банник здешний буду. За порядком слежу, огонь сторожу, угару не допускаю, за то мне в ночь и водицу с веничком в бадье оставляют – париться да за банькой приглядывать…

– А ну выходи, выходи сам, пёс трусливый участковый, – продолжал изгаляться гражданин Бессмертный. – Уж сделай милость, не откажи, не заставляй дверь пальцем ломать… Прими с честью смерть позорную! Али ещё на кого надеешься?

– Так ты – участковый? Никитка, что ль? – Голос банника резко сменил тон на вполне уважительный. – Наслышан о тебе, русалки не один раз трепались… Бедовый же ты парень, коли на тебя сам Кощей зубьями скрипит!

– Знаете, я пойду, наверное.