Операция «Тайфун»

Однако говорили мне, что в тот день, когда ты встретился с подразделением 5-й армии под Туманово, по твоему танку стреляли. И не один раз!

– Да что там стреляли! Сорокапятимиллиметровка! Смех один для моего ИСа. Только краску поцарапали.

– Молчи! И слушай меня внимательно! Есть такой комбриг – Катуков. Кстати, поудачливее тебя будет. И был у него танкист – старший лейтенант Лавриненко. За два месяца боев – почти шесть десятков сожженных немецких танков. На простой, заметь, «тридцатьчетверке»! Так вот, погиб этот старший лейтенант при следующих обстоятельствах – шел в штаб, разрыв шального снаряда и ма-а-аленький осколочек в висок. И все! Нет больше танкового аса Лавриненко!

– Согласен, судьба. Но дергать ее за хвост не нужно. Мы с тобой, Федор Тимофеевич, из-под Вязьмы вместе, и менять своих комбригов я не хочу. Запомни это!

– Слушаюсь! – скрепя сердце вынужден был ответить Ремизов.

Сейчас же комбриг нутром чувствовал – будет дело! В штабе оказались все командиры частей армейского резерва.

«Ого! Видно, что-то серьезное, раз всех собрали», – заключил Ремизов.

Ершаков, дождавшись прибытия последних, поднялся из-за стола.

– Товарищи командиры! Здравствуйте! Добрый день говорить не хочется – нет оснований. Итак! Довожу до вас обстановку.

Противник силами, по приблизительной оценке, в одну танковую, две моторизованных и три пехотных дивизии сегодня утром нанес контрудар. Вот здесь! – командарм мазанул кончиком карандаша по лежащей на столе карте. – Под основание нашего клина, вдоль Волхова на север. Стрелковая дивизия 59-й армии, прикрывавшая фланг плацдарма на этом участке, рассеяна и как соединение уже не существует. Фронт на этом направлении рухнул, и противник развивает свое наступление по левому берегу реки. Нами уже потерян железнодорожный мост, и сейчас идет бой за мост в Грузино. Уже сейчас командование фронта к месту прорыва перебрасывает освобождающиеся дивизии 4-й армии. Однако нужно учитывать, что на это потребуется время, и то, что стрелковые дивизии смогут лишь обороняться против моторизованного противника. В целом, я считаю, что цель у этого удара для немцев одна – сбить темп нашего наступления. Этот удар уже сейчас прерывает линии снабжения нашей армии и, следовательно, ставит под вопрос если не успех наступления, то темп и сроки точно. А это дает противнику время для усиления обороны и организации более мощного и качественного контрудара. Это всем понятно? Убежден, что и с этим мы справимся. Но – время! Время, товарищи! В Ленинграде голод. И каждый день – это жизни не дождавшихся нас женщин, детей и стариков. Советских людей!

Далее, что касается нас. В Чудово дерется 111-я стрелковая дивизия, выведенная туда на пополнение и отдых.