Операция «Тайфун»

Пока дивизия воевала под Вязьмой, ВВС фронтов были реорганизованы в воздушные армии. Конкретно 43-я дивизия входила в 1-ю воздушную армию в составе Западного фронта. В тот же день штабом был разработан и утвержден график и порядок передислокации. Захарову стало очень жаль, когда он понял, что «Тунгуски» прикрытия, радиоузел, обзорная РЛС останутся здесь. Точнее, не здесь, на аэродроме Дебрево, а переместятся на аэродром «Двоевка», который становится снова основным ввиду наличия бетонной полосы. Но это ничего не меняло. Дивизия лишалась глаз, ушей и гарантированной защиты аэродрома. Еще печалило, что последние две недели стоили дивизии потерь, сравнимых с предыдущими двумя месяцами. Бои над коридором были жесточайшими, и от дивизии, в принципе, осталась ее тень. Не так, конечно, все было печально, как в начале октября 41-го – немцам эти бои также стоили большой крови. С боеготовыми машинами было совсем плохо. С летчиками – лучше. Все же бои шли вблизи порядков наших наземных войск, и многие сумели спастись из подбитых и горящих машин. И все же Захарову было жаль покидать этот аэродром. Здесь они стали теми, с кем немцы вынуждены были разговаривать на «вы».

В этот же день из Портала один за другим, с минимальной задержкой, пошли поезда с техникой, тщательно укрытой брезентом. Чтобы не терять времени на переформировку составов, они были ровно нужного веса и длины, чтобы вместо маневрового тепловоза под него мог стать самый ходовой паровоз марки «Э» или «Л». И из Особого района потянулась почти беспрерывная ниточка поездов, заканчивающаяся в Горьковской области, а точнее, в известном для военных месте – в Гороховецких лагерях, где их встречал штаб 16-й армии.

В Москву он отправился утром следующего дня, возложив все вопросы перебазирования и сдачи техники на штаб и своих замов. То, что дивизия выводилась на переформирование, а иначе объяснить вывод в тыл с передачей оставшейся техники было невозможно, было понятным и естественным событием. Правда, осенью 41-го дивизия воевала и с меньшим числом машин и летчиков, но тогда враг стоял у стен столицы, и по-другому было нельзя. Сейчас же, видимо, настал черед и 43-й дивизии и пополниться, и наконец-то отдохнуть от непрерывных боев с первого дня войны. В общем, в штаб он ехал с легкой душой, чувствуя, что ругать его не за что – дивизия воевала не хуже, если не сказать больше – лучше других. Немножко саднило на сердце, что техника, оставляемая в Дебрево, была доработанной и гораздо лучшей, нежели серийная. Это хорошо, конечно, что она наверняка понравится новым хозяевам и поможет им воевать, однако что получит его дивизия? Такого «ишачка», что он оставил, у него точно больше не будет.