Операция «Смоленский капкан», или Пропавший обоз НКВД

00 из Москвы в ваше распоряжение вылетела команда опытных водолазов-аквалангистов с полным комплектом необходимого снаряжения. Старший группы — подполковник Егор Волочий. Встречайте…»

Прочитав телефонограмму, я подняла её над головой и, взвизгнув, закружилась по дежурке в темпе вальса, чем повергла в полное изумление всех находившихся рядом. Потом поцеловала полученное сообщение и, схватив, ничего непонимающего капитана Омулева за руку, буквально затащила его в канцелярию и захлопнула за собой дверь. Толкнув начальника заставы на стул, который жалобно скрипнул, но, по счастью, не развалился, я, больше не в силах сдерживать эмоции, завопила:

…Накинув на плечи тяжёлый полушубок, я задолго до прибытия вертолёта, на котором должен был прилететь Егор, уже торчала на вертолётной площадке. Уворачиваясь от порывов шквального ветра, я бродила среди мелких валунов и пыталась сосредоточиться. Но ничего не получалось. В голову лезли, помимо моей воли, разные воспоминания. Вот мы с Егором сидим в ресторане в Керчи, оплывшие свечи бросают причудливые тени на стены, играет рубиновым светом вино в бокалах… Память услужливо возвращала меня то на бандитскую яхту, мерно покачивающуюся на волнах, где я стояла не в силах сдержать слёзы, сжимая в руках пулемёт, то снова видела спокойную гладь Чёрного моря, как мне казалось тогда, навсегда поглотившую моего Егора, то большую холодную луну на тёмном южном небе. Снова возвращала мыслями в ту далёкую и прекрасную золотую осень, в милую моему сердцу деревню Острожное, где я неожиданно вновь обрела своего любимого Егора… Интересно, каким он стал? Слишком долго мы не виделись. А, правда, сколько? Кажется, целую вечность. Он улетел в командировку в сентябре 1995-го. Надо же, прошло ровно четыре года! Слёзы опять стали наворачиваться на глаза, когда сквозь завывание ветра сначала неясно, а потом всё явственней послышался рокот вертолётных лопастей. И не было для меня в тот момент на свете звуков прекрасней…

…В ожидании гидрографического судна мы провели с Егором два чудесных дня в уютном коттеджике Омулева. Сам он, благородно уступив нам свою жилплощадь, временно переселился к своему заму по боевой подготовке. Две ночи мы буквально не могли насытиться друг другом, а с рассветом, позавтракав, Егор засыпал, а я сидела рядом, смотрела на его, загорелое почти до черноты сильное тело, гладила его иссушенные палящим солнцем Пакистана мощные руки и, плакала. Плакала от счастья…

…«Главное Управление пограничных войск. Ст. оперуполномоченному майору Ростовой. По последним данным, разыскиваемая нами подлодка «Чёрное солнце», бортовой номер в архивах отсутствует, входила в состав так называемого Конвоя фюрера.