Операция «Слепой Туман»

А как там у вас?

— Экипаж пока еще не отошел от удара, антенное поле все выгорело, был инцидент с гражданским специалистом, погиб матрос — рулевой, ранен командир корабля. Согласно введенному осадному положению я выставил караулы по всем ключевым точкам. Надеюсь, что эксцессов больше не будет.

— Спасибо, майор, если что случится, держите меня в курсе.

— Давайте так, Сергей Сергеевич — по вопросам порядка и безопасности я буду держать в курсе своего комвзвода, а он вас. А, по военно-морской части вы будете получать доклады по команде. Не стоит нарушать нормальную субординацию, положение не настолько тяжелое.

— Вы правы, Александр Владимирович, конец связи.

— Конец связи. — Жестом показываю связисту, что разговор окончен.

Так, на БПК все в норме, а у нас, блин… как сказал Пал Палыч — начать и прикончить. Спускаюсь во второй трюм — видок, как после штурма с применением огнеметов. Видимо, пришлось тут жарко. Воняет горелым металлом, озоном и расплавленной изоляцией. Но ведь Москве не объяснишь, случай это или что еще — раз нет результата, значит, срыв задания, почти боевого. А за это по головке не погладят, а если и погладят, то дубиной. А все же интересно, сколько сейчас времени… Но вдруг в наушнике глухо зуммерит. Нажимаю тангенту приема персональной рации, и слышу — лейтенант Жуков на связи.

— Товарищ майор, ваше приказание выполнено, посты выставлены, отделения, свободные от караульной службы, соберутся в кубрике через полчаса.

Киваю головой — больше себе, потому что он меня не видит.

— Все, лейтенант, конец связи!

Ну вот и все, можно и к Одинцову сходить — инструкции получить. Но сначала пройдусь, осмотрю посты, потом заскочу в каюту — себя, родного, в порядок привести. Своим мужикам надо моргнуть левым глазом, пусть негласно контролируют срочников-морпехов. Контроль и еще раз контроль — контроль превыше всего. И когда же это теперь кончится?

Всплыли и тихо ошизели. По-другому и не скажешь. Океанская гладь, пустынный горизонт вокруг и уходящее на закат солнце, хотя по расчету времени, должно быть около полудня. Корабли лежат на океанской глади, разбросанные как попало, будто игрушки забытые после забав нерадивым ребенком. И на одном из них, большом десантном корабле команда явно боролась с пожаром и боролась успешно, о чем говорило жирное черное облако дыма, медленно сносимое в сторону легким ветром и едва заметные серые струйки, пока еще выбивающиеся у него из-под палубы. Да сейчас пожар потушен, но совсем недавно горело там что-то с огоньком. Все остальные корабли производят впечатление вполне исправных и боеспособных, но пока лежащих в дрейфе по причине того, что исчезла цель и смысл похода.