Операция «Антитеррор»

Объект будет только заминирован. Под угрозой взрыва будут поставлены условия правительству России. Самого взрыва быть не должно, если правительство пойдет на уступки. Если не пойдет, то... На все воля Аллаха, как говорят мои друзья.

Мы с подполковником переглянулись. Долгим взглядом, словно спрашивали друг у друга согласия.

– Ты можешь дать слово, что взрыва не будет?

– Если согласится правительство и если не будет штурма. А его не будет...

– Для гарантии мы возьмем заложников. При штурме они погибнут первыми.

– Басаев предпочитал брать в заложники больных в больнице...

– Нет, мы более гуманные. Мы просто захватим рейсовый автобус. В определенный час этот автобус должен быть набит битком. Об этом позаботится Исмаил.

– Так ты даешь слово?

– Вот упрямец. – Она даже обозлилась. – Я же сказала, что даю слово, если не будет штурма. Или, – посмотрела на нас, сузив глаза, – попытки штурма изнутри. Только я сразу предупреждаю, что штурм изнутри ничего не даст. Мы это предусмотрели и приняли меры.

– Изнутри? – переспросил Леня, якобы не понимая, о чем речь.

– Если вы не пойдете на попятную, в надежде откупиться этим от властей. Управление взрывным устройством, предупреждаю сразу, будет совсем в другом месте. Все. Мне некогда. Я дала вам слово.

– Мы вынуждены верить... – сказал я довольно хмуро и без энтузиазма.

Она пошла в корпус, прямая, как палка, и напряженная, но на пороге обернулась.

– Кстати, майор, – обратилась ко мне, – ты случайно не умеешь летать на вертолете?

– Летать мы все умеем, только некоторые, кто плохо переносят полеты, при этом сильно блюют...

– Управлять вертолетом, – поправилась Мария.

– На том же уровне, на каком медведь в цирке катается на мотоцикле. Знаю только, какой рычаг для чего предназначен.

– На гражданских вертолетах не рычаги, а штурвал.

– Значит, знаю еще меньше.

– Но в экстремальных обстоятельствах?.. – Она настаивала, и я понял, что это один из возможных путей для меня – путей к осуществлению моей цели.

– Думаю, что смогу. Несколько раз мне доводилось побаловаться, но, правда, под контролем пилота.

– Это хорошо. Если ты так думаешь, то ты сможешь. Я на тебя надеюсь.

К обеду сильно подморозило. Неожиданно, вдруг...

Еще утром погода стояла не по-декабрьски весенняя, солнце светило, и не было никаких предвестников зимней непогоди. Но с юга, из степей, пришел порывистый ветер и сразу же умчался куда-то по своим неведомым и сумбурным делам, однако успел принести колючий со скрипом морозец, который за час сковал мокрый асфальт улиц корочкой льда. А потом город обложили тучи. Высокие и плотные, одинаково светло-серые, не предвещающие снегопада, который, как известно, приходит вместе с потеплением.

В машине ветер не чувствовался.

Умар был зол.