Опера вызывали?!

Образцов ушел, а я со злости впечатал кулак в стену, не чувствуя боли. Пятый день я пытался вытащить из тюрьмы пацана, которого, кажется, в прошлой жизни мы с Ромычем спасли от двух пьяных придурков тогда во дворе. Со скрипочкой ходил, правильный такой, домашний.

Посмотрел в окно, достал мобильный, снова набрал Лиле, но уже пятый день я слышал одно и то же «Абонент находится вне зоны действия сети». Написал ей тысячное сообщение, устало потер лицо ладонями и посмотрел в потолок.

Я дебил, да! Сволочь, гад, кобель блохастый и все, что она там про меня думала. Не подумал я, что так надолго уеду.

Анька, моя потерпевшая. Полгода назад впервые пришла писать заявление на мужа. В отношении домашнего насилия у нас закон очень слабый, но я муженька трое суток в обезьяннике подержал, а потом отпустил, но перед этим поговорил не по протоколу. Потом еще раз, и еще. И Аньке сказал, чтобы уходила, потому что это только начало. Откуда мне было знать тогда, что пацан со скрипочкой окажется ее сыном? И то, что, защищая мать, этот пирожочек отчима к праотцам отправит?

Она позвонила ночью, что-то бубнила и просила приехать. Я думал, за пару часов управлюсь. Успокою буяна и вернусь к пельмешке. А приехал на место преступления, когда пацан уже показания давал… И Анька мне позвонила, когда уже все случилось. Чуть бы раньше, я бы на преступление пошел, дело развалил, улики скрыл, хрен с ним, выгреб бы. Но я опоздал.

Пацана было жалко. Ему грозило от семи до пятнадцати, а я был бессилен — дело отдали не мне, а Образцову. Я пытался с ним поговорить, чуть погон не лишился, но вытащить пацана не получалось.

Пока проблемы решал, даже на время не смотрел, не заметил, что телефон разрядился в ноль. Думал, все позже Лиле объясню, разгребу как-нибудь, а она отключила телефон. Поехал к ней, плюнув на родителей, в конце концов, у меня серьезные намерения и знакомиться все равно придется, но только поцеловал замок и остался ни с чем.

На следующее утро написал Багрову. Арт ответил, что Лиля уехала с родителями по делам, в универе ее нет, а когда появится, он позвонит. Уже пятый день не звонил, а упрямая пельмешка отключила мобильный. Я даже с телефона Ромыча пытался дозвониться, но ответ всегда был один.

Впору было начинать биться головой о стену. Эта девчонка не понимала одного — влюбился я в нее как ненормальный. Меня другие перестали волновать с того самого дня, когда она в мой кабинет с Калерией Степановной пришла, а потом меня же в нем и оставила с диким стояком и Мишаней.

И я понимал ее чувства, мог представить, что она подумала, когда проснулась, меня не нашла и не смогла дозвониться."

"Сука… Хотелось бегать кругами по потолку. От тоски и безысходности.