Опер. Под гнётом власти

Особенно сейчас, когда этот мудак пытался давить несуществующим авторитетом.

– Чего?! Вербин! Как будто я не в курсе, сколько раз ты нарушал закон! Да у тебя одна рука по локоть в кровищи, вторая – синяя от взяток!

– Да ну? И у вас, товарищ полковник, есть доказательства? – саркастичная усмешка заставила упыря покраснеть как помидор, вскочить со своего места.

– Не напрягайтесь так, товарищ полковник. А то пронесёт. И в следующий раз, когда захочешь меня в чём-то упрекнуть, не забывай, что ты в доле только потому, что я это позволяю. Мы оба знаем, что без меня тебя уже давно бы упекли за взятки ОСБшники. Посмотри на себя, Стеблин. Ты же любишь жрать в три глотки. Ты любишь в отпуск на Мальдивы летать. На тачках дорогих ездить, баб красивых трахать. Но без меня ты не способен заработать. Ты только чужими руками можешь горячие угли хватать.

– Вербин, ты пожалеешь! – облокотившись на стол, подался вперёд потной, лиловой харей.

– Не думаю, – встал, намеренно царапая стулом блестящий паркет. – Если у вас всё, товарищ полковник, я пойду.

А предложение Стеблина, честно говоря, было заманчивым. И будь на месте маленькой Лизки какой-нибудь наркоша или алкаш, Андрей и минуты не думал бы.

А теперь, вполне возможно, придётся ходить по краю, рискуя всем, за что боролся годами.

Лиза переоделась в тёплый спортивный костюм, который принёс ей Андрей. Стало тепло и приятно. Он позаботился о ней. Даже заморочился, съездил в магазин за вещами и едой.

Он не бросит её. Ни за что не оставит здесь, в этом жутком месте.

Успокаивала и подбадривала себя, но с каждым часом уверенность в том, что спасение придёт, становилась всё призрачнее. А что если Андрей не сможет её защитить? Если у него не получится доказать её непричастность к убийствам матери, её друзей и покушении на Сашку?

Нет… Нет. Всё будет хорошо. В конце концов, есть ещё Сашка. Уж братишка её не оставит в беде. Сам бы только выкарабкался.

Есть не хотелось, но Лиза не знала, сколько ещё пробудет здесь. Изнурять себя голодом нельзя. Из целого пакета еды, кстати говоря, вкусно пахнущей и аккуратно упакованной в контейнеры, заставила себя съесть только банан и йогурт. Повертела в руке пластиковую ложку и усмехнулась. Вот такой теперь будет её жизнь? Передачки и пластиковая посуда?

Когда заскрежетала решётчатая дверь, она вскочила с топчана, выровняла спину, приготовившись к сопротивлению, но, увидев Андрея, расслабилась. Даже почувствовала, как это напряжение скатилось по позвоночнику вниз и затерялось где-то в пояснице.

– Как ты? – окинул её одобрительным взглядом. – Оделась? Молодец.

– Да, спасибо… – и в глаза его заглядывает с надеждой. Глупая и наивная, да? Возможно. Но на данный момент больше никого у неё нет. Никого, кроме него.