Опекун (СИ)

Конечно, жизнь не кончалась на том, что моя первая любовь оставила мне только разбитое вдребезги сердце. Но у меня не было сил встать с колен, выпрямить спину и, гордо вздёрнув подбородок, двигаться дальше. Я ещё была к этому не готова. А вчерашний гость только всё усугубил своим внезапным появлением.

Но человек не может страдать вечно. Какой бы сильной ни была его боль или отчаяние, наступает момент, когда «прозрение» выталкивает его на поверхность, и он понимает, что пришло время двигаться дальше.

То же самое случилось и со мной.

Выстрадав свою чашу боли, переспав с ней не одну ночь, я поняла, что наконец-то устала. Устала думать об одном и том же, осознав, что не в моей власти что-либо изменить. То, что случилось, уже никак не исправить. Я была полностью опустошена, словно испита до дна, но мой мозг полностью очистился от чёрных мыслей, которые разрушали изнутри. Я сидела за рабочим столом, по которому были разбросаны многочисленные наброски рисунков, и смотрела в календарь.

Сегодня прошёл ровно месяц с того момента как Марк решил окончательно вычеркнуть меня из своей жизни. И почти неделя с того дня, когда я его прогнала.

Последние дни моим основным и главным занятием стал сон. Я больше не плакала и не думала о том, что я ничтожное. никчемное создание с разрушенной душой.

Непонятно откуда взявшееся спокойствие и безразличие ко всему заметно упростили моё жалкое существование. Теперь же на смену дикой отчуждённости от мира пришло странное желание быть нужной хоть кому-либо. Чтобы о тебе проявили заботу, погладили по голове, утешили и просто посидели рядом."

"Испортившиеся за эти дни отношения с Маршалом и Селеной отложили должный отпечаток в душе, и я к своему стыду впервые за всё это время почувствовала вину перед этими людьми. Но никогда не поздно что-либо исправить… Именно этим я намеревалась заняться в ближайшие дни.

Проснувшись глубокой ночью от сильной жажды. я открыла глаза. Казалось, не выпей я глотка воды, то от меня останутся только высушенные кости и сморщенная кожа. Кое-как встав с кровати, я прошлепала босыми ногами к столу. Графин с водой, стоявший на нем, как назло оказался пуст. Чтобы никого не перебудить, я тихонечко открыла дверь и спустилась на первый этаж Залпом опустошив несколько стаканов, я удовлетворенно улыбнулась.

«Так-то лучше, — подумала я про себя и налила воды в графин, чтобы не спускаться снова на кухню, когда мне опять захочется пить».

Мечтая оказаться в тёплой кровати, я вышла из кухни. Меня постоянно клонило в сон. Сказывалось ослабленное состояние организма, который, к слову сказать, я сама довела до сильного истощения.