Опекун. Она не для меня

Наверное, вся краска отлила от моего лица в тот миг, когда я четко осознала, что сегодня тот самый день — день моего совершеннолетия, день, когда я перестаю быть подопечной Громова. Я не понимала, как могла забыть, в последнее время я ведь только об этом и думала, но события последних дней, появление в моей жизни малышки Шемы и эти совместные ужины с Олегом совершенно выбили меня из колеи."

"А теперь в моей голове снова отчетливо всплывал вопрос «Что дальше?». Олег выключил плиту и медленно подошел ко мне, наверное, все эмоции отразились у меня на лице, потому что в очередной раз громко вздохнув, Олег подцепил мой подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.

— Ты слишком громко думаешь, — усмехнулся он, — я ничего тебе не сделаю, Инга, совершеннолетняя ты или нет, я тебя не трону, ясно?

Все что я могла — лишь шумно сглотнуть.

— Ясно? — уже настойчивее повторил он и я кивнула.

— Молодец, — улыбнулся он и чуть отстранился, — прости, подарок не приготовил, забыл.

— Зачем я тебе? — выпалила я прежде, чем успела подумать, этот вопрос не давал мне покоя с первого дня нашего знакомства, если он не видел во мне игрушку для удовлетворения своих потребностей, то зачем?

— Зачем? — повторил Олег.

— Да, зачем ты меня забрал, зачем все это и что дальше? — слова и вопросы рвались наружу, остановиться я уже не смогла бы.

— Не знаю, — огорошил меня свои ответом Громов, я думала, что готова услышать любую правду, но оказалось, что не готова была услышать его «не знаю», как такое вообще возможно, как он может не знать?

— Слушай, Инга, — заговорил Громов, усаживаясь на стул рядом со моим, — я действительно не знаю зачем тебя забрал, просто в тот момент мне это казалось правильным решением.

— А теперь? — господи, да что я несу, зачем мне вообще знать, как теперь.

— И теперь, — без тени сомнения ответил Олег, а потом также, как и в первый день нашего знакомства осторожно дотронулся до моего лица и завел за ухо волосы, правда в этот раз с места не сорвался и уходить, кажется, не собирался, а я и не хотела, чтобы он уходил, и сама уходить не хотела.

— Кто это сделал, Инга? — спросил он, глядя мне в глаза.

Я ничего не ответила, не хотела об этом говорить, не сейчас, однако воспоминания о том дне и об Андрее, в купе с осознанием факта, что теперь я совершеннолетняя тотчас же отразились на моем лице.

— Скажи мне, Инга, кто? — снова повторил Олег, — родители?

Я помотала головой, не в силах произнести ни слова.

— Тогда кто? — в третий раз спросил Громов и очертил пальцем линию шрама на моем лице, непроизвольно прикрыв глаза, подалась вперед, — однажды ты мне все расскажешь, Инга, — убрав руку твердо произнес Олег.