Опасный контракт

В результате Ника уже закрыла все кредитки и поклялась никогда в жизни больше их не брать. У неё оставался кредит в банке, но и по нему сейчас не было просрочки.

Ника вспомнила, что хотела купить себе эффектное платье, когда получила первый транш от экс-мужа. Но так и не решилась потратить крупную — по её меркам — сумму, привыкла экономить на себе.

…Уложив Дашеньку на дневной сон, Ника оставила её с мамой, а сама отправилась в торговый центр. Выбрала два стильных платья, узкие чёрные брюки, яркую шёлковую блузку, блестящую серебряную куртку и замшевые высокие сапоги вишнёвого цвета на плоской подошве — невероятно удобные. Подобрала к наряду шапку, перчатки и объёмный шарф, а потом прихватила ещё и сумочку.

В магазинах начались предновогодние распродажи, везде на ценниках виднелись перечёркнутые цифры, поэтому Ника купила даже больше, чем планировала. Настроение сразу же улучшилось, ситуация с Альбертом уже вызывала смех, а не отчаяние. Ника вспомнила, какая у амбала была рожа, когда она отхлестала его перчатками, и засмеялась.

Ну, ничего. У Ники заготовлен план Б: натравить на Альберта бывшего супруга.

Вот только где он, этот супруг? Всё ещё не вернулся.

Дома девушка продемонстрировала покупки маме. Надела серое платье-футляр и серебристую куртку, натянула высокие сапоги.

Сама не могла налюбоваться на себя в зеркало, вертелась, рассматривала. Дашенька уже давно проснулась. Малышка тоже была в чудесном настроении. Она пыталась сесть в кроватке, следила сквозь прутья за нянькой, тянула ручки, улыбалась и агукала."

"— Ты ж моя радость! — умилилась Ника. — Как тебе мой новый наряд? Нравится?

Елена Вадимовна, увидев дочку во всём новом, с ходу залилась слезами.

— Мам, ты что?! — испугалась Ника.

— Ты всегда должна одеваться как картинка. Ты же такая красивая! Но из-за меня вынуждена ходить в обносках.

— Так, стоп. Я не хожу в обносках.

— Ходишь! Ничего себе не покупаешь! — прорыдала Елена Вадимовна. — Это всё из-за меня! Я бездарно растратила наши деньги, купила развалюшку вместо нормальной квартиры, а потом ещё и заболела.

— Ну, ма-а-а-ма, — расстроилась Ника и обняла родительницу за худые вздрагивающие плечи. — Немедленно прекрати!

— Всё, я больше не буду.

— Вот и правильно!

— Ты красивая, доченька, ты очень красивая! — Мама всхлипнула ещё несколько раз, но потом вытерла слёзы.

Ника вернулась к зеркалу и снова оглядела себя. Сдёрнула с волос резинку, позволила блестящим тёмным волосами рассыпаться по плечам.

Почему-то в голове сразу возникла картина из будущего: вот вся такая нарядная, она гуляет с детьми на площадке. И подъезжает Васнецов. Замирает, как вкопанный, смотрит на неё, потеряв дар речи…

Когда-то он именно так на неё и реагировал. Но это было давно — в другой жизни.