Опасный босс

Тут дело вовсе не в температуре кофе.

– А какая у него репутация? – насторожилась я.

– Бабник, плейбой, пикапер.

– О нем такие разговоры ходят. Да и выглядит он соответствующе.

«Выглядит он обалденно», – едва не выпалила я, но вовремя себя остановила.

– Полина, он к тебе пристает?

– Нет, что ты! Боже упаси! – возмутилась я и сама поразилась, как искренне прозвучал этот гневный протест.

Конечно, Буланский вовсе ко мне не пристает. Он не подкатывал, не делал тонких намеков, не стрелял глазами. Просто однажды, когда я вошла к нему в кабинет, он усадил меня на стол и оттрахал так, что в глазах замелькала радуга.

Не знаю, можно ли расценивать это как приставание.

– Почему же ты ищешь другую работу?

«Что ответить? Что ответить?» – заметалась я. Ужин превратился в допрос. Расслабиться после тяжелого рабочего дня не удалось.

– Потому что я выдохлась. Слишком большая нагрузка. Я постоянно задерживаюсь до восьми. Всегда на связи, даже ночью, вдруг у партнеров, которые находятся в другом часовом поясе, возникнут какие-то вопросы. Бывает и по субботам готовлю документы, бронирую гостиницы для гостей, езжу в аэропорт встречать и так далее. Такое ощущение, что жизнь проходит мимо меня. А ведь это самые лучшие мои годы.

– Значит, ты хочешь найти что-то полегче?

– Да. Чтобы заканчивать в шесть вечера и после этого полностью принадлежать себе.

– Понятно… Я-то решил, что у тебя какие-то терки с Буланским.

– Вовсе нет. Все нормально.

…Я продолжала обдумывать слова Виктора и после того, как он подвез меня до дому, и мы расстались. Он назвал моего босса бабником и плейбоем. Это царапало мое самолюбие, я расстроилась. Незавидная репутация у Буланского. Почему-то хотелось найти у него больше положительных черт. Зачем мне это?

Хотя бы в одном я не соврала Вите: я на самом деле хотела бы меньше думать о работе – и о директоре! – в нерабочее время. Но мне это никак не удавалось.

Неделя выдалась безумно напряженной, носился по городу как бобик, одна встреча, вторая, третья… К концу пятницы уже чувствовал себя совершенно измочаленным. Но напряженный график был для меня несомненным плюсом, потому что только так я мог отвлечься от мыслей о Полине. Только работа вырывала меня из безумных грез и воспаленных фантазий. Две эротические сессии – сначала в квартире у Полины, потом в моей машине – не только не утолили голод, но распалили его еще больше. Гадство! Мне никогда не удастся пресытиться этой женщиной! Под конец рабочего дня, едва наметился просвет в делах и возникла небольшая пауза, я тут же заполнил ее размышлениями о Полине.