Опасные волны

– Я сделал, что было в моих силах, – пожал плечами мистер Гарсия. – Как ты себя чувствуешь, Тьяго?

– Ничего, – пробормотал я. – Как вы узнали, что задумала миссис Леннокс? Мысли её прочитали?

Я знал, что учитель превращений лучше всех в школе умеет читать мысли… И он двинулся ко мне, когда все остальные ещё остолбенело пялились на питона-альбиноса.

– Для этого не нужно читать мысли, – поморщился он. – Это было видно по ней.

Мисс Уайт кивнула:

– Жаль, я далеко стояла, Тьяго, иначе добралась бы до тебя быстрее.

– Вы успели, – сказал я и от чистого сердца добавил: – Спасибо.

– Не за что. – Мисс Уайт успокаивающе мне улыбнулась. – Джек наверняка разъясняет ей сейчас, как положено вести себя матерям на территории школы.

Мистер Гарсия достал рисовальные принадлежности и разложил их на столе. Я с недоумением уставился на бумагу и карандаши.

– Давай-давай, за работу, Тьяго, – сказал учитель превращений. – Если мы собираемся устроить эти дни открытых дверей, нам действительно понадобятся плакаты. А я знаю, как хорошо ты рисуешь.

– Ладно… Есть ещё кое-что, – смущённо продолжил я. – Нам ведь нужно как можно больше помощников, чтобы восстановить школу, да? Как вы отнесётесь к тому, если я снова спрошу наших друзей из школы «Кристалл», могут ли они приехать сюда?

Мисс Уайт колебалась:

– Думаешь, Лисса Кристалл им разрешит? Ведь Караг, Холли и Тикаани были здесь совсем недавно.

– Лисса сейчас испуганная мать и послала бы Джеку даже национальную гвардию, если бы он попросил, – сказал Фаррин Гарсия. – Кстати, как насчёт тебя, Алиша? Станешь в обличье косатки звездой на дне открытых дверей?

Мисс Уайт закатила глаза:

– Вы серьёзно?

– Конечно: гулять так гулять! – сказал я, и мисс Уайт бросила на меня притворно строгий взгляд.

Когда я нарисовал пять или шесть эскизов, в дверь учительской постучали – это были Джек Кристалл и Шари. Лучшая подруга сразу бросилась мне на шею:

– Ты цел? Я готова была задушить этого чёртова питона!

– Лучше не надо: в удушении питонам нет равных, – ответил я и тоже смущённо её обнял. Чёрт, опять глупость сморозил. На самом деле я был очень рад, что между нами, кажется, снова всё наладилось. В последние дни мы пережили много опасностей – и что значит какое-то дурацкое замечание на вечеринке, которая давно прошла! Может, для того и нужны катастрофы: благодаря им понимаешь, что проблемы, которые были у тебя до этого, ничтожны, как божья коровка рядом с аэробусом.

Мы взяли в столовой пару злаковых батончиков – и обнаружили, что на потолке горит свет.

– О, электричество дали! – обрадовалась Шари. – Без него у вас, людей, ничего не работает, да?

– Ещё бы. Мне надо зарядить телефон и поскорее позвонить родителям, – сказал я.