Опасные тайны леди Эссентрис (СИ)

Ведь и правда, как только я родилась, меня отправили на Землю, где магии либо нет, либо очень мало, и получается, что у меня и правда все каналы схлопнулись от такой резкой смены магического фона, а когда такое происходит — хоть с сосудами, хоть с чем-то еще — стенки слипаются, и потом восстановить уже ничего невозможно. Печально. Я-то думала, что стану магичкой, волшебницей а-ля Гарри Поттер, только без костылей в виде волшебной палочки. Но на всякий случай решила уточнить:

— А с этим можно что-то сделать? И считаюсь ли я юридически магичкой, хоть мои каналы и не пропускают магию?

— Увы, леди, с этим никто не сможет ничего сделать, — развел руками лекарь. — Можно сказать, что магических каналов у вас больше просто нет, а значит, и магичкой вы не можете считаться. Мне жаль.

Я приуныла, но поблагодарила его и снова села в кресло. Один — ноль в пользу Мерзана.

Целитель покинул кабинет, а мы остались дожидаться ответа из архива и канцелярии.

Минут через двадцать шкатулка магпочты тренькнула, и главный храмовник вынул оттуда два больших конверта и распечатал их.

— Ну что же, из метрического архива пришло подтверждение вашей личности, леди Алана, — улыбнулся он. — Как и обновленные документы из канцелярии. Судя по ним, вы являетесь совершеннолетней наследницей рода Эссентрис.

Я незаметно выдохнула. Хоть тут повезло!

Тем временем служитель отошел к постаменту в углу, прочел заклинание, и кабинет озарила вспышка, а на поверхности материализовался свиток.

— А вот и копия магического освидетельствования, — взяв его, мужчина вернулся ко мне и, развернув, начал читать.

Сначала он делал это про себя, но по мере прочтения на лице его появилось такое изумление, что последнюю часть он прочел вслух:

— «…герцогиня Алана Эссентрис не может нести ответственность за свою жизнь, тем более за герцогство Эссентрис, она слаба умом и волей, ее разум нестабилен...»

И так далее в таком же ключе.

— Однако, — только и произнес он, кинув на меня острый взгляд.

Глава 16

— Ну и как, похожа я на невменяемую? — криво усмехнувшись, спросила я, когда чтение закончилось, на что получила очень выразительный взгляд. — Скажите, а при освидетельствовании храмовник должен проверять человека на магическое воздействие?

— Это обязательная процедура, — нахмурившись, произнес служитель.

— Ну что же, значит, не во всех случаях, особенно когда храмовый лекарь выходит из дома опекунов освидетельствуемого с увесистым сундучком под мышкой.

На лице мужчины заиграли желваки.

— Я обязательно доложу о таком вопиющем нарушении, — шумно вздохнув, ответил он.

— Я уверена в этом, но сейчас это мне не поможет, — покачала я головой. — Мне очень повезло, что я смогла вырваться из тюрьмы, в которую превратили опекуны мой собственный дом.