Опасные обстоятельства

лучше армейский УАЗ!

– Ты не нервничай и определись, что же тебе надо, внедорожник или бэтээр? У нас есть и то и другое!

– Мне нужен УАЗ!

– Что еще?

– Еще свободный проезд до границы и проход через нее в районе стыка двух осетинских застав.

– Это там, где вы намеревались уйти из Южной Осетии, расстреляв колонну с правительственной комиссией?

– Какая тебе разница? Мне нужен проход через границу в указанном месте!

– Хорошо! Если мы выполним твои требования, ты отпустишь женщину с детьми?

– Они поедут со мной. Я отпущу их в Грузии.

Крымов протянул:

– Э-э, Горец! Так дела не делаются. Либо прямой обмен и кати куда хочешь, либо...

Дания закричал:

– Что, либо?

Крымов ответил спокойно:

– Сам не догадываешься?

– Если вы решитесь на штурм, я убью заложников.

– А успеешь?

– Успею! Не сомневайся. Они рядом со мной. Детки облепили мамашу и плачут. Жалко будет убивать их, но, клянусь, я это сделаю!

– Как подорвал женщину в Благодатном и пытался подорвать ребенка в Светлореченске?

– Да пошел ты! Короче, полковник! Даю тебе час, нет полчаса на размышление. И если через полчаса во дворе не будет стоять УАЗ, то убью одного из близнецов! Все!

Дания отошел от окна. Приказал Шахматову:

– Иди к пристройке! И поаккуратней там! Смотри в оба, чтобы спецы не подошли вплотную к дому.

– Я понял, Горец! Пошел!

– Если что, патронов не жалей!

Отправив подельника, Дания взглянул на Худаеву:

– Теперь, Белла, и твоя жизнь, и жизнь твоих детей в руках русского полковника.

Женщина ответила:

– Ваша дальнейшая судьба также в руках спецназовцев.

– Они примут мои условия. И ты с детишками поедешь со мной в Грузию. Там я отпущу вас на все четыре стороны.

– Возможно, так и будет, но что-то подсказывает мне, никто из вас отсюда не уйдет!

Дания подошел вплотную к женщине:

– Но тогда сдохнете и вы!

– Мы могли погибнуть еще в августе, и ваши солдаты убили бы нас, если б не русские. Мы не боимся смерти. Это ты, Горец, повязший в убийствах, боишься ее. Мы нет.

– А твои дети?

– Они еще малы, чтобы понимать это!

– Заткнись, дура! Будет так, как я скажу, и моли Бога, чтобы пережить этот день!

Дания вернулся к окну. Осторожно выглянул во двор. Никого не увидел. Спецназ, который несомненно оцепил захваченную усадьбу, никак не проявлял себя. Маскировался отменно. Профессионалы.

Крымов, отойдя от ворот дома Худаевой, срочно затребовал связь с Москвой. Доложил Феофанову о требованиях, выдвинутых Горцем, попросил задержать колонну правительственной комиссии, сообщил о том, что Тимохин приступил к акции освобождения заложников. Генерал выслушал полковника, заверил, что комиссия не выйдет из Цхинвала до завершения антитеррористической операции в селе, посоветовал согласиться с требованиями Горца, дабы получить время, необходимое Тимохину.