Опасные обстоятельства

– Схему принес?

– Да! Но вряд ли она что-то вам даст!

– Ты давай ее, а мы разберемся, что к чему!

Багоев протянул Тимохину лист тетрадной бумаги.

Александр посмотрел на схему:"

"– Так, перекрытая крышей половина дома, далее стены пристройки. Сад практически уничтожен. Соседние усадьбы разделены полуразрушенными заборами. Спереди дорога, сзади открытая местность, ограниченная также полуразбитой стеной ограждения. Да, Горец, видимо, не случайно выбрал усадьбу Беллы Он, конечно, вряд ли знал, что заполучит легкую добычу, женщину и детей, выбирал дом! Выбрал, сука!

Багоев стоял, переминаясь с ноги на ногу. Это заметил Александр:

– Ты чего, Тимур, мнешься, словно в туалет хочешь?

– Да нет, возможно, это вам пригодится... – Понимаете, после августовских событий, в каждой усадьбе, перед тем, как поднимать стены домов или времянок, люди оборудовали подвалы-убежища с выходом на некотором удалении от дома.

– Что, подземные ходы в камне пробивали?

– Рыли траншеи, экскаватором, что пригоняли из Цхинвала. Эти траншеи накрывали бетонными плитами. Плиты присыпали землей.

– Дальше?

– Ну и в усадьбе Беллы траншею прорыли. Ей одной из первых, в старый подвал, который сейчас частью расположен под жилищем, а частью под площадкой пристройки. И вход в подвал находится в пристройке.

Тимохин спросил:

– И где заканчивается траншея?

– В двадцати метрах от дома, в саду. Точнее в том месте, где когда-то был сад. Но кустарник почти везде остался!

– Так почему ты не нанес подземный ход на схему? И вообще молчал о нем раньше?

– Когда раньше? Вы только кричали на меня, словно я преступление какое совершил. А на схеме траншеи не указал, потому что не успел. Вы же сами вызвали меня сюда. Но я доложил о подземном ходе!

Крымов вышел вперед:

– Ладно, Тимур, не кипятись и на подполковника не обижайся. Он у нас всегда такой нервный, когда что-то в работе идет не по плану! Александр не со зла накричал на тебя. Да и не на тебя он кричал, а на себя. Себя винит в том, что не просчитал варианта нахождения Горца рядом с позициями его наемников.

Багоев взглянул на Тимохина.

Тот протянул осетину руку:

– Извини, Тимур. Начальник прав.

– Да, ладно. Я тоже виноват.

Крымов сказал:

– Хватит об этом! Надо решать, что будем делать дальше!

Тимохин, проговорив, что необходимо подумать, отошел к старому, лежащему вдоль дороги бревну. Присел на него. Крымов же, приказав спецназовцам расположиться в уцелевшем саду, там, где совсем недавно занимали позиции местные ополченцы, вызвал по связи Кастуева.

Переговорив с Цхинвали, Крымов подошел к Тимохину, присел рядом с ним. Александр спросил:

– Поставил в известность Кастуева о захвате заложников?

– Да! Сам он приехать не может, поручил ведение переговоров Ханаеву.

– Не будет Горец разговаривать с осетинами.