Опасные любовные связи

Она позаботится о том, чтобы их доставили обратно в квартиру Васкеза, и родственники могли их забрать. А вот кассеты и дела оставит у себя. Если ОЭН перевернули вверх дном квартиру Васкеза, то и у Хэйли проведут обыск, недолго думая. Пока с этим делом не будет покончено, она глаз не спустит с коробок.

– Пока ты была в душе, я вызвала такси, – сказала Лука, собирая свои вещи. – Я подожду его на улице. Вчера же меня подвез друг.

Что-то перевернулось в груди Хэйли, – ревность ли, сомнение ли, – когда она задумалась, что это мог быть за друг. И что привело Луку к ней домой прошлой ночью, и почему она была готова перевести их отношения в горизонтальную плоскость, хотя сама же говорила, что не хочет торопить события? Во всем этом сквозила ложь. Была ли Лука с кем-то еще?

– Ну, ты же не собираешься ехать в Вашингтон на такси, правда? В смысле, я тебя подвезу, но…

Они направились к двери, Лука перебила Хэйли:

– Все в порядке. Я возьму такси до станции, сяду в электричку, и я уже дома. Увидимся в шесть.

Хэйли держала коробку на весу, прижав к бедру, и неловко поцеловала Луку на прощание.

– И будь готова меня встретить в шесть!

– Буду минуты считать.

Выезжая из гаража, Хэйли помахала Луке, терпеливо ожидавшей, сидя на крыльце. Может быть, сегодня Лука начнет более или менее открываться ей. Хэйли надеялась на это, потому что предчувствие чего-то особенного, что вот-вот должно было войти после этого в их отношения, становилось все отчетливее.

Сегодня ей предстояло покрыть миллион выступлений во многотысячном Иннер Харбор, с которых начинается празднование четвертого июля в Балтиморе. А они начнутся только в одиннадцать. Поэтому после того, как всех сотрудников отпустили с утреннего собрания, у Хэйли были полтора часа на то, чтобы обзвонить людей из списка Васкеза, с того пожелтевшего листочка, найденного в папке с делом Кастилльяно. Она понятия не имела, действительно ли это «короткий список подозреваемых», который ей обещал Мэнни, или это перечень важных информаторов, или еще что… Чем бы это ни оказалось, разузнать, в любом случае, стоило.

Звонки не давали особенно многого. Конечно, это было похоже, скорее, на предварительный обзвон, потому что Хэйли не могла говорить о пленке, как и не могла напрямую спросить, нет ли у ее собеседника проблем с азартными играми.

Практически никто из тех, с кем ей удалось поговорить, не знал ничего об организации под названием ОЭН, деле Анджело Кастилльяно, и не мог припомнить, чтобы у них состоялся разговор со следователем Мануэлем Васкезом по этому вопросу.

Восьмое имя в списке было Дэвид Рабинович, его номер был с Вашингтонским кодом. Она никогда раньше не встречала этого имени, но оно показалось ей достаточно необычным для того чтобы забить его в Google, пока она ждала гудка.