Опасность

Когда два года назад вы вернулись в Англию, высшее общество с восторгом приклеило вам ярлык внебрачного сына.

— Именно так. — Казалось, ее рассказ только забавлял Себастиана.

— Люди были к вам слишком жестоки. Но вы не отвечаете за обстоятельства вашего рождения.

— В чуткости, мисс Мерривезер, вам не откажешь.

— Просто здравый смысл. Почему ребенок должен отвечать за поступки своих родителей? Однако на самом деле вы вовсе не были внебрачным ребенком.

Прюденс задумчиво взглянула на него:

— По какой-то неведомой причине, вероятно желая просто позабавиться, вам хотелось, чтобы все считали вас незаконнорожденным.

— Скажем, я не считал нужным всех разубеждать, — признался Себастиан.

— До тех пор, пока в прошлом году не скончался ваш дядя, старый граф. Он никогда не был женат и не оставил после себя сына, который унаследовал бы титул. Следующим претендентом на титул был ваш отец, но, к несчастью, он умер четыре года назад, а вас считали внебрачным сыном. Поэтому все думали, что законным графом Эйнджелстоуном станет ваш кузен Джереми, отец которого также умер несколько лет назад.

Себастиан улыбнулся и промолчал.

— Но высший свет, — продолжала Прюденс, — был потрясен, когда вы предъявили неопровержимое доказательство того, что ваши родители на самом деле состояли в законном браке, прежде чем вы родились. Таким образом, вы законно унаследовали титул. Хотя, я слышала, ваши родственники вас не простили.

— Это обстоятельство меня мало волнует.

— Кроме того, к тому времени как вы вступили в права наследования, вы уже сколотили столь огромное состояние, перед которым меркло все наследство Эйнджелстоунов, — заметила Прюденс. — И это также пришлось не по душе вашей родне.

Себастиан согласно кивнул:

— Преклоняюсь перед вашей способностью к расследованию, мисс Мерривезер. Вы многое узнали обо мне за весьма короткое время.

— В людях, готовых обсуждать вас, недостатка не было.

— Да, такие всегда найдутся.

— О вашей репутации ходят легенды.

— Вероятно, неспроста, — тихо заметил Себастиан.

— Она такова, — осторожно продолжала Прюденс, — что наверняка выдержит еще несколько колких замечаний, если вы все-таки решитесь извиниться перед моим братом.

Себастиан крепко сжал губы. Но в его глазах горело искреннее восхищение.

— Не в бровь, а в глаз, мисс Мерривезер. Отличный удар, позвольте вам доложить.

— Благодарю вас, милорд. Я только сказала правду. Если вы извинитесь перед моим братом, ваша необыкновенная репутация ничуть не пострадает. Те, кто узнает о вашем щедром жесте, расценят это как милосердный поступок.

— Доброта мне не присуща, мисс Мерривезер. Прюденс ободряюще улыбнулась:

— После того как вы откажетесь от дуэли с моим братом, вам ее непременно припишут.