Опасность

— Радость моя, как вы ошибаетесь! Только обостренное чувство семейного долга, присущее мне, вынудило меня покинуть вас. У меня не было выбора, моя любовь.

— Значит, нужно было признаться с самого начала, что вы не вольны собой распоряжаться, — заявила Прюденс. — Мне не нравится, когда я узнаю обо всем последней.

— Простите, но я не в силах был вам сказать. — Эдвард покрыл ее ладонь поцелуями. — Признаюсь, время, проведенное с вами, я просто украл для себя у них, моя дорогая. Но это все, что я мог тогда вам предложить. Да и себе тоже. И нам этого было мало, правда?

— Мне лично достаточно, — ответила Прюденс. Эдвард грустно улыбнулся:

— Вам не удастся скрыть от меня ваших истинных чувств, Прюденс. Я знаю, ваша любовь ко мне была слишком прекрасной и чистой, чтобы исчезнуть бесследно.

— Боюсь, не настолько прекрасной, потому что она растаяла как дым.

— Ничего, я постараюсь раздуть угольки, которые, я знаю, до сих пор тлеют у вас в груди, — пообещал Эдвард.

Прюденс теперь недоумевала, как она могла принимать Эдварда всерьез тем летом в Дорсете. Впрочем, напомнила она себе, она была тогда на три года моложе. И не была знакома с Себастианом.

— Эйнджелстоун не оценит прилагаемые вами усилия, — сухо заметила Прюденс.

— Эйнджелстоун? Этот дьявол? — Эдвард еще крепче сжал ее руку. — Не могу поверить, что вы выходите замуж за самого Падшего Ангела. Вы — женщина, полная тепла и солнечного света. Мне больно думать, что такой холодный человек держит вас в своих объятиях.

Прюденс нахмурилась:

— Эйнджелстоун вовсе не холодный.

— Говорят, в венах у него не кровь, а лед.

— Чепуха, — быстро сказала Прюденс. — Он просто притворялся холодным, причем так долго, что и сам в это поверил. Видите ли, талант актера у него в крови. Так что уверяю вас, он ничем не отличается от нас с вами.

Эдвард с жалостью посмотрел на нее;

— Дорогая моя, вы слишком мягкосердечны. Вы и не догадываетесь, как опасен Падший Ангел на самом деле. Ради нашей прошлой любви послушайтесь меня: не дайте властителю подземного царства похитить вас!

— И тем не менее я намерен это сделать, Андербрик, — раздался с порога голос Себастиана, нарочито спокойный и очень-очень холодный. — Немедленно отпустите руку моей невесты.

Эдвард тут же бросил руку Прюденс, как будто она обжигала его, и вскочил:

Прюденс улыбнулась Себастиану:

— Привет, Эйнджелстоун. Я и не слышала, как вы вошли.

— Я это понял. — Не отрывая глаз от Эдварда, Себастиан прислонился к дверному косяку, сложив руки на груди. — Что здесь происходит?

— Репетируем, милорд, — спокойно ответила Прюденс. — И только. Правда, лорд Андербрик? Эдвард вспыхнул.

— Да, — промямлил он, — репетируем. Я помогал Прюденс… мисс Мерривезер… выучить свою роль.

— Уходите! — с чувством произнесла Прюденс.