Опасная красота. Поцелуи Иуды

Чисто машинально попыталась выкрутиться из захвата, отчего он совершенно озверел — схватив меня за распущенные волосы, намотал их на руку, и поволок за собой прямо по полу коридора.

Боль была адская — такая, что слезы градом полились из глаз. Тоненько поскуливая, я пыталась царапать его руку ногтями, но получила от Лошмида увесистый пинок под дых и затихла.

Господи!

Неужели это не ночной кошмар?

Господи боже, я хочу проснуться!

В подъезде меня припечатали к стенке и заломили руки за спину, а потом прямо в одной пижамной майке и коротеньких шортах потащили вниз, сунув в черный фургон с зарешеченными стеклами.

Потолок был слишком низкий и, согнувшись в три погибели на узенькой скамейке, я тряслась от ужаса, как осиновый лист. Но меня привезли именно туда, куда я больше всего на свете боялась — уж лучше бы в темный лес и там закопали…

Фургон остановился около полицейского управления, а потом нравственники выпихнули меня и поволокли вовнутрь, и сердце мое заходилось, потому что все, кто встречался на пути, смотрели на меня, как на прокаженную.

Но не это было самым страшным…

Не Эдна Диофант с до крови разбитым лицом, которая, встретившись со мной глазами, повернулась обратно к стене, точно так же, как стояли лицом к стене коридора другие девочки из борделя. Среди них была и Кароль Трудел, растерявшая всю свою самоуверенность, бледная и дрожащая…

Не поджавшая при виде меня губы Фелиция Виклер в кабинете Коула Тернера, куда меня завели и швырнули прямо к его письменному столу."

"И даже не в беспорядке рассыпанные по столешнице фотографии, на которых я, воровато оглядываясь, стучала в двери борделя, пила вино с Эдной Диофант, наряжалась в сексуальное нижнее белье и в разных позах занималась любовью с Кастором Троем…

Самым страшным были безжизненные глаза Его Высокопреосвященства, кардинала Коула Тернера, когда он повернулся от окна, около которого стоял, и сухо сказал:

— Моника Калдер, вы обвиняетесь в преступлении против нравственности, а именно в занятии проституцией и сотрудничестве с борделем. Вы предстанете перед Святейшим Правительствующим Синодом, который разберет ваше антиканоническое деяние в соответствии с тяжестью моральной вины перед обществом. Во славу Каина и Лилит.

ГЛАВА 26

Святейший Синод

Я две недели, как была почти мертва.