Опасная игра леди Эвелин

Мурашки, выпорхнув из скрученного в узел живота, скользнули вверх, пробежались по спине, плечам и рукав.

Его простой вопрос затронул такие глубокие струны моей души, о которых я даже не подозревала...

— Потому что мир никогда не был ко мне добр. Я могу надеяться только на себя. И, если что-то произошло со мной, значит, это мой недосмотр и моя вина.

Беркли молчал очень долго, а я не решалась поднять взгляд, чтобы на него посмотреть.

— Что же, миледи, — сказал он каким-то деревянным, фальшивым голосом, — еще раз прошу прощения. Как бы вы ни полагал — вина в случившемся лежит лишь на Мэтью. И мне.

Горло сдавил еще один комок. Я с трудом кивнула и быстро-быстро заморгала, потому что к глазам подступили слезы.

— Вы знаете... вы знаете, что случилось? Кто меня ударил?

Глава 14

Беркли нахмурился и нехотя обронил.

— Нет. И едва ли узнаем. В том районе не отыщется очевидцев.

— Тот человек сказал, что больше я не буду совать нос в чужие дела, — прошептала я надломлено. — Я бы узнала его по голосу. Я никогда его не забуду... — я опустила взгляд на свои руки, которые сложила поверх одеяла на бедрах.

— Не думайте сейчас об этом, — он попытался меня утешить. — Отдыхайте. Набирайтесь сил.

— Он хотел меня убить? Ведь правда?

Беркли смерил меня безрадостным взглядом.

— Вам очень повезло, что мимо проходила торговка. Она заметила вас почти сразу, подняла крик. Прибежали люди, Мэтью, — он скривил губы, — также услышал и привез вас сюда. Вы не успели истечь кровью, — совсем мрачно закончил он.

У меня из груди вырвался полузадушенный писк, и сестра Агнета, внимательно прислушавшаяся к нашему разговору, не утерпела и вмешалась.

— Довольно твоих мрачных речей, Ричард, — сказала она и также подошла к кровати. — Леди Эвелин необходим покой. Ступай, ступай же.

Беркли подчинился ей, словно эта женщина имела право распоряжаться в особняке. Кивнув напоследок, он развернулся и тяжелой поступью направился к двери. Я обвела взглядом его спину и плечи и прикусила губу.

— Совсем он вас расстроил, — сочувственно покивала сестра Агнета, потому что заметила блеснувшие в моих глазах слезы.

— Вы зовете его по имени, — от усталости я произносила вслух вещи, которые в любой другой ситуации не посмела бы озвучить. — Вы давно знакомы?

— Я была сестрой милосердия в кадетском корпусе, где учился Ричард, — ее губ коснулась скорбная, горькая улыбка, а на переносице проступил глубокий залом. — Можно сказать, я знаю лорда Беркли с детства. Мы... часто встречались.

В ее словах прозвучало больше, чем казалось на первый взгляд. Я бы могла расспросить поподробнее, но слишком, слишком устала, и потому я лишь слабо улыбнулась ей и прикрыла глаза, чувствуя, как раскалывается от боли место на затылке, по которому пришелся удар.