Опасная девочка миллиардера

— Что ж, Женечка, очень жаль, но у меня есть отличное решение.

— Правда?

— Конечно. Работать нам с вами остается всего несколько дней, так?

— Да.

— Так вот. Самый последний день я в любом случае решил оставить под отдых. Хотел пригласить всех вас на свою дачу. Небольшой особнячок в пяти километрах от города. Так, ничего особенного, прикупил по случаю. Так вот, мы можем не ждать последнего дня работы, а поехать туда чуть раньше.

— Я не знаю."

"— Там все условия. Большой охраняемый участок, прислуга, бассейн, еда. За малышкой присмотрят, тут я даю гарантию. А вы все сможете одновременно отдыхать и работать. Если вы согласны, я позвоню остальным и приглашу их присоединиться к нам. Трое суток на лоне природы вдали от шума цивилизации, что может быть лучше.

— Хорошо, если вы дадите мне некоторое время на раздумья…

— Конечно, конечно, созвонимся к обеду.

Сбрасываю вызов и иду искать Бергмана. Нужно посоветоваться с ним, прежде чем принимать решение. Если он проснулся.

Он проснулся и, судя по влажным волосам, уже успел принять душ. Сейчас сидит в кухне с чашкой чая в руке и просматривает что-то в телефоне.

— Привет, — говорю я и тут же решаю, что тоже не худо бы принять душ, пока Веруня спит.

— Привет, — произносит Давид.

Скользит взглядом по моей фигуре, чуть задерживаясь на коленях, а потом возвращается к лицу.

— Я только что звонила Сергиевскому, и он предлагает оставшиеся три дня контракта провести у него на даче. Говорит, участок хорошо охраняется.

— Неплохая идея. Вы с Верой сможете гулять по участку и не бояться встретиться со злоумышленниками или журналистами.

— Он сейчас предложит это тебе, Мишке и Федину. Если все вы согласитесь, сможем поехать.

В подтверждение моим словам у Бергмана оживает телефон, и он начинает разговаривать с Сергиевским лично.

Я же покидаю кухню и отправляюсь в душ.

Едва успеваю привести себя в порядок, как Вера просыпается.

Занимаюсь малышкой, потом мы все вместе завтракаем.

Сразу после завтрака мы одеваемся и покидаем квартиру. Усаживаемся в Мерседес Бергмана и едем к Леше в больницу.

— Как он? — спрашиваю у медсестры.

— Пришел в себя и его перевели в обычную палату. Так что все хорошо.

— Слава богу. Его можно навестить?

— Да, конечно. Правда сейчас время обхода и я не знаю, сможете ли вы пообщаться с лечащим врачом, но с пациентом точно можно.

— Отлично.

Я иду первая и держу дочку за руку, Давид за нами.

У нужной палаты останавливаюсь, стучу для соблюдения формальности, а потом открываю дверь и вхожу.

Первое, что я вижу, лишь только оказываюсь в палате, точнее кого, это Ангелину, сидящую у Леши в ногах.

Ангелина одета в больничный халат и тапки. Ее правая рука замотана из ее торчат какие-то железки.