Опасная беременность

Выпусти меня.

Мой босс беззвучно выругался, обжёг яростным взглядом и медленно поднялся.

В брюках вырос бугор, было ясно, до какой степени возбуждён мужчина. Как же мне хотелось протянуть руку, сжать через ткань его увесистое достоинство, а лучше расстегнуть ремень, ширинку и залезть внутрь, почувствовать под пальцами дорожку волос вниз от пупка, спуститься ладонью под трикотаж, добраться до окаменевшего ствола, вытащить из боксёров напрягшийся член, ощутить его гранитную твёрдость и упругость вен под шёлковой кожей…

Какой соблазн!

Он тоже меня безумно заводит, я сама себе не принадлежу. Хочу его до дрожи, умираю от желания, хочу доставить ему удовольствие, ласкать языком и губами, смотреть на него снизу вверх и следить за реакцией…

Но если уступлю сейчас, потому буду себя проклинать. Я не стану его любовницей! Уже и сейчас можно представить, как это будет, если учитывать темперамент босса. Секс в комнате отдыха до планёрки, после планёрки, в три часа дня в кабинете на рабочем столе, чтобы директор снял напряжение, и на диване, чтобы догнаться. Потом расслабляющий минет после переговоров… И так далее.

Угу, сейчас, как же! Это слишком пошлый финал для нашего пятилетнего сотрудничества.

Поэтому – нет.

- Только не говори, что ты до сих пор не рассталась с Митрофановым, - зло выпалил Вадим.

- Не рассталась.

Сейчас я была готова соврать что угодно, только бы он прекратил домогательства.

- Собирайся, - раздражённо буркнул мужчина. – Поехали домой.

Отошёл от дивана, отвернулся. Видимо, пытался успокоиться, преодолеть возбуждение… Насколько легче в этом плане женщинам – сейчас я была распалена не меньше Вадима, внизу давно всё промокло, но никто бы этого не узнал. Если, конечно, не лезть мне под юбку руками, не засовывать ладонь промеж голых – над кружевной резинкой тонких чулок – бёдер, не сжимать через влажные трусики мой лобок…

Именно это, конечно же, и сделал мой босс две минуты назад.

- А как же Прокофьев, «Регион», «Техно-Инжиниринг»? – изумлённо уставилась я на спину Вадима и встала с дивана.

Поправляя одежду, смотрела на широкие плечи, обтянутые белой рубашкой. Между лопаток ткань прилипла – вспотел… Вот бы сейчас подойти и обнять его сзади, прижаться лицом к спине, а под ладонями ощутить сквозь рубашку гранитный рельеф пресса. И снова втянуть в себя его запах – свежий и терпкий одновременно.

Нет, нет. Настя, не сдавайся, не уступай соблазну. Потом будут слёзы, позор, разочарование, тоска.

- Думала, мы продолжаем работу. Не мечтала попасть домой раньше одиннадцати вечера.

Я постаралась произнести фразу как можно более язвительно, чтобы привести и себя, и Вадима в чувство. Сейчас мой босс отреагирует на шпильку.