Опасная беременность

Надо только все организационные вопросы переложить на очередную гувернантку и новую помощницу Вадима - подберём же мы её когда-нибудь!

…Поднявшись на нужный этаж, я нажала кнопку звонка. Подождала. Дверь мне никто не открыл. Приступ необъяснимого страха снова сдавил горло. Где они? Где Света и Иришка?

Приложила ухо к прохладному металлу двери. И вдруг… услышала в глубине квартиры детский плач!

Конечно, это плакала наша малышка, кто же ещё!

Я в ужасе на секунду отпрянула от двери, а потом с остервенением снова вдавила кнопку звонка.

Что там случилось?! Что происходит?! Где эта курица Светка, почему не открывает?!

Спустя пару минут, которые мне показались вечностью, из-за двери раздался Иришкин голосок. Девочка захлёбывалась слезами. Меня уже трясло – с этой стороны, на лестничной площадке. Если бы могла – вынесла бы железную дверь, пробила бы её грудью, чтобы ворваться в квартиру и прижать к себе всхлипывающего человечка.

- Ирочка, это я, Настя! Что случилось, солнышко?! Почему ты плачешь?

- Нас...тя-я-я-я-я… Я… тут… од… одна-а-а-а-а, - прорыдала из-за двери малышка. – Я прос… прос… нулась, а мамочки не-е-е-е-е-т…. Я испугалась!

Если бы в этот момент рядом со мной в подъезде вдруг появилась Светка, я бы вцепилась ей в горло. Что она вытворяет, кошка драная?! Наверняка после клуба отправилась к своему смуглому мачо. А о дочке, оставленной в квартире, напрочь забыла. Сейчас уже половина одиннадцатого, и всё это время бедный ребёнок рыдал и умирал от страха.

Я сказала, что делать, и Иришка справилась с замками. К счастью, один открывался изнутри, а для второго девочка нашла запасные ключи – они висели в шкафу на вешалке. Иришка притащила стул из комнаты и дотянулась до них, она очень шустрая и сообразительная малышка.

Едва дверь распахнулась, я увидела перед собой несчастное крошечное существо, растрёпанное и красное от рыданий. Иришка была в пижаме, она обнимала плюшевую акулу. Я тут же подхватила ребёнка на руки, и мы начали целоваться. Как только ко мне прижалось вздрагивающее детское тельце, а в плечо уткнулась опухшая от слёз мордашка, я не выдержала и тоже заплакала.

Несчастная крошка! Натерпелась она.

- Жанна меня успокаивала, - прерывающимся голосом сообщила кнопка и сунула мне в лицо акулу.

- Какая умница! Жанна, ты молодец!

- Настя, я есть ужасно хочу. Я нашла печенье, но его было мало.

Мы отправились сначала в ванную – умываться холодной водой, а потом на кухню, где я быстро сварила молочную кашу. Свежего молока в холодильнике не было, зато нашёлся тетрапак с концентрированным, им я и воспользовалась.

- Как вкусно, - похвалила Иришка. – А для Жанны? Она тоже умирает от голода!

- Конечно-конечно, сейчас."

"Пришлось выделить блюдце овсянки для акулы.