Личный трофей опального генерала-1 (СИ)

Захотелось обнять, утешить, наплести всякой чепухи, но знаменитая чуйка подсказывала: сейчас отбрехаться не получится. Лучше сказать все как есть…

— Видишь ли, Санечка, — тяжело вздохнул Кирсанов. — Мне в этой пьесе отведена роль негодяя. Ну так всегда бывает, когда девушка остается в интересном положении. Я не спорю, много дров наломал. Где-то сам отмахнулся, где-то случай помог. Но только у нас с Дарьей все начиналось, как курортный роман. Мне развеяться хотелось, ей приключений.

— Это она так сказала? Или вы сами решили? — уточнила Александра и вновь уставилась на него бездонными гляделками.

— Она признавалась, что изнывает от скуки. Но мне кажется, что твоя сестра изначально хотела ребенка. И эту цель преследовала. А я, дурак, не понял…

— А вы, стало быть, принимали в процессе пассивное участие? — усмехнулась Санька.

— Нет, — раздраженно бросил Кирсанов, еле сдерживаясь, чтобы не откусить наглой девице голову. — Я, Санечка, человек военный. Поэтому заранее четко и ясно объясняю всем своим подругам, что ждать не следует. Я никого кроме тебя не звал замуж и никому никогда не давал обещаний. Просто предлагал с удовольствием скоротать время. Вечер, день…

— Год, — обвиняющее брякнула Александра.

— Нет, для меня это долгий срок, Санечка, — усмехнулся он и добавил резко: — Я никогда не видел себя семейным человеком. Даже сейчас, когда вы рядом, понимаю, что должен ухаживать за тобой и больше времени проводить с сыном. Но пока не знаю, как сместить акцент с работы на личную жизнь. Да и если разобраться, как таковой личной жизни у меня и не было никогда. И других детей у меня нет кроме Алексея.

— А если бы Даша тогда до вас достучалась, — снова поинтересовалась Александра, — как бы вы поступили?

— Я много думал об этом. Она приехала ко мне и даже не посчитала нужным представиться. Не веришь, спроси у Крепса, он тогда в приемной сидел. Естественно, знай я, что пришла именно Дарья Калинина, нашел бы в себе силы и вышел.

— Нашел силы? — насторожилась Александра. — Вы там в кабинете с простреленной ногой лежали? — едко обронила она. — Или после трепанации черепа?

— Нет, — мотнул головой он. — Не придумывай. Обычная ангина и температура под сорок.

— Тогда почему ваш адъютант ничего не объяснил Дашке?

— Как ты это представляешь? — горько усмехнулся Кирсанов. — Простите, дорогая гражданка, мой начальник спит у себя в кабинете. Так, что ли?

— Ну вы же знали, Сергей Юрьевич! — воскликнула Даша. — Почему потом не приехали, не позвонили даже?

— Сань, ну ты пойми, ну не я хотел детей. Никогда. И предупреждал об этом ту же Дарью. Но она сделала по-своему. И я тогда сильно разозлился. Подумал, ну какого ху… фига то есть. Она же все решила за меня! Вот пусть сама и тянет лямку, коли впряглась.