Личный трофей опального генерала-1 (СИ)

Накрыл жену сползшим куда-то вбок одеялом и усмехнулся, заметив, как Александра во сне задрыгала ногами, раскрываясь. Ему никогда в голову не приходило, как же это здорово спать вместе с любимой женщиной.

«Сделал дело, гуляй смело», — мысленно фыркнул Кирсанов, вспоминая, что никогда не оставался ни у одной из любовниц, искренне считая сон делом сугубо личным. Да и привычка спать в одиночестве сложилась еще со времен Суворовского училища. Вот только сейчас Кирсанову казалось, что без Саньки уснуть невозможно. Обнять, зарыться носом в копну кудряшек, потискать Марту и Берту, неспешно заняться любовью и только потом провалиться в глубокий сон, не выпуская из объятий друг друга.

— Спи, Санечка, — пробурчал Кирсанов и голяком прошлепал на кухню. Нашел сигареты и зажигалку и, закурив, уставился слепым взором в окно, в непроглядную темноту Гоголевской дачи.

«Почему-то в такой радостный день приснился не единорог и розовые пони, а освобождение заложников в Таджикистане. Банда из пяти человек захватила самолет и требовала разрешить вылет в Пакистан. Ага, сейчас! — зло ощерился Бек. — Через багажный отсек зашли и всем, кто рыпнулся, бошки пооткручивали. Зато заложники живы остались. Там только детей человек семь было. Двое младше Лешки! — Мысли тут же перетекли на сына, мигом подружившегося с сыновьями Миши Павлова и не пожелавшего расставаться с новыми друзьями. — На горку они в Измайловский парк с утра поедут, — добродушно усмехнулся он, представляя восторг сына. — На праздниках вместе поедем», — решил Кирсанов. Он уже собрался вернуться обратно в постель. Разбудить Саньку и снова заняться с ней любовью, как сзади раздался чуть хриплый голос, ставший родным.

— Нет, Сань, — с трудом улыбнулся он, рассматривая голую лохматую жену, завернутую в одеяло.

— Жалеешь, что женился? — поинтересовалась она, настороженно вглядываясь в хмурое лицо.

— Нет, Сань, — криво усмехнулся он. — Никаких сожалений! Мне сон дурацкий приснился.

— Какой? — строго спросила Александра.

Кирсанов шагнул к ней и, укутав покрепче в одеяло, прижал к себе.

— Операция по освобождению заложников. Сто лет назад было. Уже забыться должно. А вот приснились главарь банды и его родственник. Тот вообще под заложника вначале косил. Хорошо хоть потом разобрались.

— И что с ними случилось?

— Людей освободили, а бандитов, ну тех, что живы остались, всех посадили. Реза — главарь банды — вроде попросил политического убежища и недавно окопался в Швейцарии…

— Ну и память у тебя, Сережа, — вздохнула она. — Все детали помнишь!

— Ага, — кивнул он, — целуя ее в висок. — Во всех подробностях. Только рассказать не могу… — он замешкался, подбирая слова.