Иван Опалин

Допивая кофе, Авилов как бы между прочим уронил:

— Не обижайся, но моя просьба, чтобы никто не знал о нашем сотрудничестве, остается в силе. В следующий раз звони. Хорошо?

— Я не по этому поводу пришел, — быстро сказал Опалин, — просто так получилось, что ты стал свидетелем… ну, не то что свидетелем… Я вообще хотел расспросить тебя об Антонине Рогг.

— А! — сказал Авилов, откинувшись на спинку кресла.

Он снял сетку с волос, и Опалин понял, что собеседник не ожидал такого поворота и пытается собраться с мыслями.

— Нет, лучше я тебе сначала расскажу, — внезапно решился Иван и поведал игроку о Евлахове, о странной гибели его старшей дочери и о похищении и убийстве младшей.

— Если кто-то хочет свести счеты с Евлаховым через его детей, у семьи Роггов вроде как есть мотив. Это с одной стороны. С другой — если Рогга скоро выпустят…

Игрок усмехнулся.

— Его не выпустят, — сказал он.

— Но его жена уверяла…

— Да, шла речь о том, чтобы его отпустили по случаю амнистии. Но наверху уже решили, что в последний момент ему откажут.

Опалин вытаращил глаза.

— Ты это точно знаешь?"

"— Дело не в Евлахове и не в этой даме, — спокойно пояснил Авилов, — а в том, что Рогг неисправим. Дом, который он построил, абсолютно непригоден для жилья. Его даже отремонтировать нельзя — только снести. Рогг и раньше… скажем так, не очень усердствовал… но с этим домом он перегнул палку. Понимаешь, все эти застройщики — вор на воре, но некоторые хотя бы соблюдают приличия, а некоторые всерьез считают, что до них никогда не доберутся, потому что у них много влиятельных знакомых.

— Но без показаний Евлахова Рогга не посадили бы? — спросил Опалин.

— Ну, не Евлахов, так другой нашелся бы. Ведь в газетах был страшный шум, потому что людей переселяли, обещали им… ну, ты сам должен понимать, что такое в наше время жилплощадь в Москве. И пожалуйста — дом, который разваливается на глазах. Почему Роггу должно было это сойти с рук? Его посадили, и поделом.

— Ты хорошо его знаешь?

— Сталкивался. Он мне не друг, если ты об этом.

— А о его жене что скажешь? Она уверяла, что была в ресторане, где ты играл, и ты нарочно проиграл, чтобы она потеряла деньги.

— Ее никто не вынуждал ставить на меня, — ответил Авилов с расстановкой.

— Как, по-твоему, она могла… ну… попытаться отомстить Евлахову через его детей?

— Зачем?

— Ну… она ведь любит своего мужа.

— Кто тебе это сказал?

Опалин смутился.

— Она не мужа своего любит, а комфорт, который он ей предоставлял, — пояснил Авилов, саркастически усмехаясь, — это разные вещи. Я уж молчу о том, что она из тех женщин, которые считают, что хранят верность, если изменяют всего пару раз в неделю…

— Так она не…

— Нет, она вовсе не скучает в одиночестве.