Иван Опалин

— Я насчет Галины Евлаховой, — признался он, поспешно снимая шапку, которая вдруг ни с того ни с сего стала казаться ему ужасной.

— О! Проходите. Верхнюю одежду оставьте вот тут, — она указала на вешалку, на которой висело женское зимнее пальто с воротником из лисы. Внизу под вешалкой валялись детские ботиночки, живописно раскинув шнурки, и стояли несколько пар взрослой обуви, из которых Опалин сыщицким взглядом выделил модные светлые туфли на каблучке. ""Галины? Или той, которая открыла мне дверь? А впрочем, какая разница…""

Опалин снял пальто, после чего, спохватившись, переложил браунинг оттуда в карман брюк. При этом он чуть не уронил папку, которую держал под мышкой. Девушка наблюдала за ним с любопытством, немного склонив голову к плечу. Опалин тоже наблюдал — и делал свои выводы. Огромный коридор, высокие потолки; квартира хорошо протоплена; у одной из дверей стоит детский трехколесный велосипед, рядом валяется большой игрушечный медведь — ростом, должно быть, с пятилетнего ребенка. Иван готов был поклясться, что люди тут жили хорошо — а для тех лет вообще, можно сказать, шикарно.

— Пойдемте, они должны скоро вернуться… я так думаю, — добавила девушка.

— Вы дочь инженера Прокудина? — не удержался Опалин.

— Да. Вам дворник сказал? Я видела в окно, как вы с ним говорили.

Иван не то чтобы насторожился, но ее признание ему не понравилось. Зачем она смотрела в окно и следила, кто беседует с дворником?

— Извините, как вас зовут?

— Надя. Слушайте, может, будем на ты? Или вы против? — протянула она.

— Нет, я не против.

— А тебя как зовут?

— Ваня.

— Надо же, я так и подумала.

— Что подумала? — Он даже приостановился на мгновение.

— Ну, что ты обязательно окажешься Ваней.

Весь этот разговор происходил в коридоре — и наконец-то они переступили порог гостиной. Шкафы с книгами, кожаный диван на вычурных ножках, строгие часы, отстукивающие время, обои — коричневые с золотыми геральдическими лилиями, а на одной стене более простые, и Опалин подумал, что эту комнату выгораживали как часть другой, куда более обширной. На видном месте висели портреты Ленина и Сталина.

— У нас с Евлаховыми общая гостиная, она же столовая, — пояснила девушка. — А книги из дедушкиной библиотеки, их пришлось перенести сюда, потому что… теперь там комната Аристарха Николаевича и Анны Андреевны.

Опалин ничего не сказал и поглядел на паркет, на котором были видны следы грязных сапог. Девушка покраснела.

— К Аристарху Николаевичу посетители являются, даже домой… А у нас домработница ушла. Новую ищем, но пока не нашли. У тебя никого нет на примете?

— Откуда? — буркнул Опалин.

— Ну, мало ли…"

"— Когда найдете домработницу, покажите ее мне, я сразу скажу, есть она у нас в картотеке или нет, — усмехнулся он.