Опаленные мечты

Я продолжаю объезжать его, восхищаясь ощущением его тела под своим, а он все смотрит мне в лицо, и все это время на его губах играет грустная улыбка.

Глава 21

Натянув одеяло на голое плечо Равенны, я сажусь на край кровати и смотрю на телефон в руке. Пока лежал рядом с Равенной, а ее голова покоилась у меня на груди, в голове прокручивалось несколько сценариев. Ни один из них не был хорош, и каждый вариант казался хуже предыдущего. В тот момент, когда убил Пизано, я понял, что в этой ситуации возможен только один выход.

Я нахожу нужное мне имя в списке контактов и набираю номер. Уже далеко за полночь, но он ответит. В это время никто не звонит дону, если это не экстренный случай.

— Что случилось? — раздается голос Сальваторе Аджелло.

— Рокко Пизано мертв.

— Его убили сербы?

— Нет. Я.

Наступает мертвая пауза, после чего дон снова говорит:

— И ты звонишь, чтобы признаться?

— Нет. Я позвонил, чтобы сказать, что Равенна не имеет к этому никакого отношения. Она не должна пострадать.

Я работаю непосредственно на дона уже много лет, и он достаточно хорошо меня понимает, чтобы знать, что не стану убивать никого без причины. Особенно капо. Но это не меняет того факта, что я сделал это без его одобрения. Я пошел против дона и предал семью. Наказание за это — смерть. Я не могу бежать и не могу лгать ему. К тому же он наверняка уже в курсе, что произошло на званом обеде, включая наш с Равенной поцелуй на глазах у всех.

Аджелло снова молчит, отчего у меня нарастает паника в душе. Чтобы обезопасить Рави, я бы не побрезговал убить и его. Но не уверен, что у меня когда-нибудь появится такая возможность.

— Пожалуйста. — Я закрываю глаза и сжимаю телефон в руке.

— Он это заслужил?

— Он заслуживал гораздо большего, чем в итоге получил.

Еще пауза. Возможно, она длится считанные секунды, но мне кажется, что это целая вечность.

— Ты у Рокко дома? — спрашивает Аджелло.

— Да.

— А тело?

— В его кабинете."

"— Хорошо. Слушай меня очень внимательно, Дзанетти. У тебя четыре часа, чтобы прибрать за собой, затем забирай свою женщину и уходи через пять часов. Ты понял?

Он нас отпускает?

— Ты понял, Дзанетти?

— Почему? — спрашиваю я.

— Ты спас жизнь моей жене. Теперь я дарю тебе твою, так что мы квиты. Если еще раз увижу тебя в моем городе, ты мертв.

— Мы уедем через четыре часа.

— Хорошо. Не забудь замести следы, потому что если кто-нибудь свяжет тебя с этим гребаным бардаком, я дам своим людям зеленый свет, чтобы они пришли за вами обоими.

Он отключается, не оставляя мне сомнений в том, что говорит серьезно.

Я кладу телефон и смотрю на него, пока в уме идет напряженная работа. Через минуту набираю другой номер.

— Мне нужно еще одно тело, — говорю я, как только Феликс отвечает на звонок.