Опаленные мечты

 — Ты думаешь, я сошла с ума, раз прошу такое?

— Никогда больше, Равенна, не говори так. — Он крепче сжимает мою шею, заставляя меня стонать. — Лучше?

Приятная дрожь пробегает по моему телу. Я киваю.

— Хорошо. Пока ты не просишь меня сделать тебе больно, я буду давать тебе все, что ты захочешь. Но у нас должны быть определенные правила. Если станет невмоготу и тебе захочется освободиться от моей руки, ты сразу же скажешь мне об этом.

— Хорошо.

— Хорошая девочка. — Алессандро целует раковину моего уха и продолжает неспешно двигаться.

Член у него большой, и даже если Алессандро двигается медленно, я все равно задыхаюсь от каждого толчка. С его рукой на моей шее ощущения становятся еще более захватывающими. Мои ноги дрожат, вот-вот подкосятся, и я изо всех сил держусь за книжную полку, чтобы не упасть. Когда он полностью заполняет меня, я закрываю глаза, и дыхание вырывается из моих легких.

Алессандро замирает, правой рукой по-прежнему удерживая меня за горло, а другой рукой скользит вверх и по бедру.

— Неудобно? — спрашивает он, нежно потирая мой бок.

— Немного, — шепчу я. Ощущения более сильные, когда он берет меня сзади.

— Я сделаю так, чтобы было лучше.

Он снова опускает руку вниз и пальцем скользит между моими складочками. Неторопливыми и контролируемыми движениями обводит клитор, а другой рукой ласкает мою шею. У меня учащается дыхание, и с каждым вдохом сильнее чувствую его член.

Круговые движения вокруг клитора становятся все быстрее, а каждый толчок — еще глубже. Пальцы на моей шее повторяют тот же ритм, и я никак не могу решить, на чем сосредоточиться. Я теряю всякую способность к рациональному мышлению.

Алессандро медленно входит в меня.

— Все хорошо?

Я не могу ответить, потому что тону в ощущениях.

— Рави?

— Боже, да, — выдыхаю я. — Еще.

Он входит в меня до упора, и я готова взорваться.

— Это не должно быть так хорошо, — шепчет он рядом с моим ухом. — Я не могу описать эти невероятные ощущения, когда утопаю в твоем тепле, слышу твои стоны, чувствую твой пульс под пальцами. Их ни с чем не сравнить, и я схожу с ума от этого, Рави.

Он снова входит в меня, одновременно щипая за клитор и слегка сдавливая горло. Я кричу, и звезды вспыхивают за веками, когда кончаю.

Держа руку на моей шее, он продолжает двигаться, пока я парю на волнах невесомости.

Равенна обвивает руками мою шею, когда я несу ее через фойе к лестнице.

— Камера на входной двери, — бормочет она мне в шею.

— Она покрывает только пять футов вокруг входа.

— Откуда ты знаешь?

— Взломал канал камеры наблюдения.

Она молчит несколько мгновений, словно обдумывая мой ответ, а затем слышу приглушенный смех.

— Я думала, это птичьи какашки.

— Что?

— Когда увидела, как ты ходишь зигзагами по газону.