Опаленные мечты

Нино садится на кожаный диван у окна и наклоняется вперед, положив локти на колени.

— Элио мертв, — говорит он.

Я в растерянности опускаюсь в кресло напротив него.

— Я не знала, что он болен. Неделю назад мы виделись с ним, и он выглядел здоровым."

"— Он скончался не по естественным причинам. Прошлой ночью кто-то ворвался в дом и убил его в постели. Похоже, его сначала пытали.

Я хватаюсь за мягкие подлокотники кресла, когда вспоминаю окровавленные руки Алессандро. Руки, что ласкали мою кожу, пока он лакомился мной два часа назад. Я чувствую, что становлюсь влажной, и быстро сжимаю колени, слегка удивляясь реакции своего тела.

— Как его убили? — спрашиваю я.

— Ножом в сердце.

— Ты знаешь, кто это сделал?

— Даже не представляю. — Нино качает головой, и я умудряюсь скрыть вздох облегчения. — Возможно, это были сербы. Рокко считает, что они ответственны за киллера, стрелявшего в него, поэтому он послал наемников напасть на клуб Попова прошлой ночью. Сербы могли отомстить за нападение на клуб, но время не сходится. Они бы не смогли так быстро ответить.

— Рокко знает, что его отец мертв?

— Нет. Думаю, будет лучше, если ты ему скажешь.

Я с трудом сдерживаю дрожь.

— Хорошо, я поеду в больницу, как только соберусь.

— Отлично. И еще, постарайся не выходить из дома без Алессандро, пока мы не выясним, что происходит, — говорит он. — Провожать меня не надо.

После ухода Нино я возвращаюсь в свою комнату, чтобы переодеться и надеть новые трусики. Но стоя перед ящиком с нижним бельем, меня охватывает необычное желание взбунтоваться. Я опускаю взгляд на трусики и бросаю их обратно, закрывая ящик. Раз уж мне придется встретиться с мужем, то сделаю это, сохранив свидетельство своего влечения к другому мужчине.

Я выбираю персиковые брюки и пиджак — единственный наряд, который мне действительно нравится. Рокко предпочитает, чтобы я одевалась в яркие цвета, такие как черный и красный. Он позволил мне оставить этот комплект только из-за больших золотых пуговиц на пиджаке, на которых изображен логотип торговой марки.

Моя сумочка лежит на комоде, и, когда беру ее, меня охватывает отвращение. У других женщин в сумочках хранятся самые важные вещи. Документы. Бумажник. Телефон. В моей сумочке только маленькая косметичка, которую я уже успела возненавидеть, и две пачки салфеток. Мои документы заперты в сейфе Рокко, а деньги мне не положены. Телефон обычно оставляю на тумбочке. Какой смысл носить его с собой, если я не могу позвонить никому, кроме мужа? Сумочка — это еще одно напоминание о том, что он у меня отнял. О том, что я позволила ему забрать у себя. Я перевожу взгляд с сумочки на зеркало над комодом. Смотрю на свое отражение, разглядываю серьги с крупными бриллиантами, блеск камней и сверкающее золото.