ОНО

По бокам дома разрослись сорняки. Слева, в буйных зарослях кустов, покосился, словно пьяный, высокий дощатый забор, некогда поражавший своей чистотой и опрятностью, а теперь посеревший и почти слившийся по цвету с низкими небесами. На полпути к этому забору виднелись заросли огромных подсолнухов — самый большой достигал в высоту пяти футов. «Вид у них какой-то надменный, надутый, омерзительный», — подумал Ричи. Ветер зашевелил их головы, и они, кивая, казалось, говорили: «А, мальчики пришли. Хорошо. Еще мальчики. Наши мальчики». Ричи нервно поежился.

Пока Билл аккуратно приставлял велосипед к вязу, Ричи оглядел дом. Он заметил, что из густой травы у веранды торчит какое-то колесо, и указал на него Биллу. Билл кивнул. Это был опрокинутый трехколесный велосипед, про который рассказывал Эдди.

Они посмотрели в обе стороны Ниболт-стрит. Тарахтевший дизель замолк, затем снова подал голос. Звук, казалось, повис в облаках. Улица была совершенно пустынна. Лишь время от времени с шоссе доносилось гудение машин, но Ричи их не видел.

Тарахтенье дизеля то отдалялось, то нарастало. Огромные подсолнухи умудренно кивали: «А, мальчики. Свеженькие, хорошие мальчики. Наши мальчики».

— Т-ты готов? — спросил Билл, и Ричи чуть не подпрыгнул от неожиданности.

— Знаешь, я тут подумал: может быть, мне придется сегодня сдавать библиотечные книги, — проговорил Ричи. — Может быть, надо будет поехать.

— Б-брось за-заливать, Ричи. Ты г-готов или нет?

— Да я-то готов, — ответил Ричи, зная, что он совсем не готов и не ручается за себя, если что случится.

Они пересекли заросший газон и подошли к веранде.

— Глянь-ка ту-туда, — сказал Билл.

С левой стороны отвалившаяся решетка подвального окна лежала в кустах. Мальчики заметили выдернутые ржавые гвозди. Здесь росли старые кусты роз, и если розы справа и слева от решетки цвели как ни в чем не бывало, то розы перед решеткой увяли и походили на скелеты.

Билл и Ричи переглянулись. Все, что рассказывал Эдди, похоже, было правдой. Даже спустя семь недель сохранились тому свидетельства.

— Ты ведь не хочешь лезть туда, под веранду? — спросил Ричи. Голос его звучал умоляюще.

— Нет, но я все р-равно п-полезу.

Сердце у Ричи упало: он убедился, что Билл всерьез намерен осуществить свою затею. Сияющие глаза Билла вновь потемнели. Черты лица выражали несгибаемую решимость, отчего он казался старше своих лет. «Кажется, он и впрямь хочет убить это чудовище, если оно до сих пор здесь. Убить и, возможно, отрезать ему голову. Он отнесет голову отцу и скажет: «Смотри, это он убил Джорджа. Теперь ты будешь говорить со мной по вечерам? Или просто расскажешь, как прошел у тебя день»."

"— Билл, — произнес Ричи, но Билла уже не было рядом.