ОНО

Беверли права — здорово получилось!

— Клуб неудачников ведет в счете! — восторженно вскричал он. — Ай да мы! Клево, ничего не скажешь! — Он сложил руки рупором и протрубил голосом Бена Берни: — Молодцы, детки!

Из открытого окна на втором этаже высунулась голова полицейского.

— Проваливайте, ребята. А ну марш отсюда! — прокричал он.

Ричи уже раскрыл рот, чтобы сказать что-нибудь выдающееся — вполне возможно, с недавно освоенным ирландским акцентом, что-нибудь из полицейской тематики, но Бен лягнул его в ногу.

— Заткнись, Ричи! — сказал он и вскоре пожалел, что произнес это.

— Правда, Ричи, не надо, — попросила Бев, нежно глядя на Ричи. — В облом.

— Ну ладно, — вздохнул Ричи. — Что будем делать, ребята? Может, вы хотите найти Генри Бауэрса и предложить ему сыграть в монополию.

— Прикуси язык, — приказала Бев.

— Не понял. Что это значит?

— Ничего. Туго доходит до некоторых, вот что, — пояснила она.

Зардевшись от смущения, Бен нерешительно спросил:

— Не больно тебе, Беверли? Тот тип схватил тебя за волосы…

Она ласково ему улыбнулась. В этот момент она уже не сомневалась в том, о чем раньше только догадывалась: ту открытку с прекрасным «хайку» написал ей Бен.

— Не очень, — ответила она.

— Пойдем на Пустыри, — предложил Ричи."

"И они отправились в сторону Пустырей. Ричи вспомнил, что именно с того дня до конца лета Пустыри стали для них убежищем. Они стали потайным местом. Беверли, как и Бен до знакомства с Биллом и Эдди, никогда прежде здесь не бывала. По тропе они спустились гуськом: Беверли между мальчиками. Юбка ее очаровательно колыхалась, и Бен не сводил глаз с Беверли: он чувствовал, как волнами к нему подступает ощущение, острое и неодолимое, как колики в животе. На руке у Беверли был браслет, сверкающий в лучах полуденного солнца.

Ребята спустились к рукаву Кендускига, который Билл и его друзья недавно пытались перекрыть. Ручей распадался на два рукава в семидесяти ярдах вверх по течению и сливался в один поток ближе к жилым домам, в двухстах ярдах. Ребята перешли по камням на другой берег и по тропе вышли к восточному рукаву, который был гораздо шире первого. Он весь искрился под солнцем. Слева Бен увидел два бетонных цилиндра. Под ними над ручьем нависали две большие бетонные сточные трубы; из их отверстий в Кендускиг стекали потоки грязной воды. «Кто-нибудь в центре нагадит, а сюда выльется», — подумал Бен, вспомнив, как мистер Нелл разъяснял им устройство городской канализационной системы. Его охватила злоба, тупая, бессильная. Когда-то здесь, наверное, водилась рыба. Сейчас о том, чтобы поймать в этом ручье форель, не приходится и мечтать, зато клочков туалетной бумаги в нем пруд пруди.

— Здесь так красиво, — вздохнула Бев.

— Да, неплохо, — согласился Ричи.