Они под запретом

Ее как правило и говорят именно для того, чтобы обидеть.

— То, что тот мужчина тебя разочаровал, не означает, что со мной будет то же самое. Мне с Арсением хорошо. Он для меня особенный.

— А ты для него особенная, Аин? — не сдается Радмила. — С Ладыгиной он расстался?

— Расстанется, — как можно тверже произношу я.

От былой расслабленности не осталось и следа, тело превратилось в голый нерв. Мне начинает казаться, что в придирках Радмилы есть что-то личное, а иначе почему она снова так взъерепенилась? Возможно, это как раз и связано с тем мужчиной постарше, которого она упомянула. Ему было за тридцать пять, работал в сфере инвестиций. Помню, Радмила мне все уши прожужжала про их предстоящий совместный отдых, но перед самым отъездом их отношения неожиданно закончились.

— Короче, как знаешь, — Рада заливает в себя остатки коктейля и грохает пустым бокалом о стол. — Мужиков слушать не надо. Их нужно оценивать по поступкам.

Отвернувшись, она трогает за плечо Рому, разговаривающего с парнем с ярком свитере, что-то шепчет ему на ухо и в следующую секунду они начинают целоваться.

Не знаю, хотела ли Радмила продемонстрировать мне те самым идеальные отношения, на которые стоит равняться, либо же просто поддалась романтическому порыву, но мне внезапно становится одиноко. Отпив небольшой глоток коктейля, я беру со стола телефон и быстро набираю Арсению СМС.

«Я уже на дне рождении. Здесь какие-то именитые блоггеры. Купил билет? Во сколько прилетаешь?»

Возвращаю мобильный на стол и, обняв себя руками, оглядываюсь. Парень с двумя миллионами подписчиков салютует мне бокалом. Проходит минута, две, три, пятнадцать, но ответа на мое сообщение так и не приходит.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌

35

— Аин, танцевать идем? — пышущая весельем Рада, нависнув над столом, отпивает их фужера и хватает меня под локоть: — Пошли, пошли! Сегодня мой день рождения, а значит кайфуют все без исключения!

Немного посопротивлявшись, я в последний раз заглядываю в телефон, убедиться, что Арсений до сих пор не дал о себе знать, и встаю. Мы с Радмилой и без того редко видимся, чтобы весь вечер просидеть приклеенной к дивану и дуться на нее за сказанное.

На танцполе людно, если не сказать тесно, воздух пропитан жаром двигающихся тел и разноголосьем парфюмированных ароматов. Меня несколько раз толкают в спину, но с улыбками извиняются.

— Музыка классная, да?! — выкрикивает Радмила мне в ухо. — Это чешский диджей.

— Вова знает толк в вечеринках, — цитирую слова Веры, не справившись с желанием показать Раде, что я тоже кое-кого знаю. — Постоянно кого-то известного привозит.