Она под запретом

Его волосы стали короче, и первое, что мне приходит на ум: он похож на бойца, дерущегося в клетках за деньги. Странное сравнение, потому что я привыкла видеть Арсения в рубашках и деловых костюмах.

— Так садитесь без меня, — бросает он и, обернувшись, небрежно чиркает по мне взглядом. — С возвращением, блудная сиротка.

— Ой, ну почему ты такой отстойный? — незамедлительно шипит Луиза, пока Арсений, отвернувшись, пожимает руку Данилу. — Где ты вообще находишь дур, которые с тобой спят? Тебя же больше минуты вытерпеть невозможно.

— Просто Арс привык справляться быстрее, — усмехается Данил и заговорщицки подмигивает мне.

— Поговори, — грубо осекает Арсений, но я знаю, что раздражённая перебранка между этими тремя не более чем странное проявление любви. Данил и Арсений — лучшие друзья, а Луиза в своём старшем брате души не чает. Тут есть чему позавидовать.

— Арсений, — подаёт голос отчим, молча наблюдавший за разворачивающейся сценой, — у нас семейный ужин, о котором ты был предупреждён. Десять минут тебе на то, чтобы спуститься.

Если бы он сказал то же самое мне, да ещё таким тоном, я бы уже со всех ног летела вверх по лестнице. Но Арсений не я, и он единственный в этом доме, кто всегда умудрялся общаться с Петром на равных. Наверное, в этом и заключается прелесть финансовой независимости, потому что даже оторва Луиза, не лезущая за словом в карман, в разговорах с отцом обычно осторожничает.

— Спущусь, как приму душ, — развернувшись, Арсений не спеша идёт к лестнице."

"— Хамло, — фыркает Луиза и переводит взгляд на меня: — Не парься, Аин, он сюда только по выходным мотается. Завтра свалит в город, и мы с тобой заживём.

У меня даже язык не поворачивается сказать вежливое «Да ну, брось». Я тоже надеюсь, что Арсений поскорее свалит отсюда, и я наконец перестану чувствовать, что ворую его воздух.

Глава 3

— Дань, ты же останешься сегодня со мной? — Луиза корчит просящую гримасу и с шутливой мольбой смотрит на Данила. — Ну пожалуйста. Вся наша семья сегодня в сборе. Обещаю завтра приготовить всем завтрак, — взгляд на меня: — Аина, ты вот чем в Швейцарии привыкла завтракать?

Я неловко пожимаю плечами. Мои завтраки в Швейцарии ничем не отличались от обычных московских. Мы готовили дома из продуктов, купленных в обычном супермаркете.

— Да я всё ем. Моя соседка по квартире готовила омлет с тофу. Было вкусно.

— Омлет с тофу, — мурлычет Луиза и, пробежавшись пальцами по плечу Данила, упирается в него подбородком. — Что скажешь?

Мне требуется прикладывать усилия, чтобы по-идиотски не прятать глаза, глядя на их интимные заигрывания. Я не испытываю ревности, злости или обиды — ничего подобного. Просто не знаю, как себя вести. Луиза остаётся верной себе: делает то, что ей хочется в данную минуту.