Она (не) твоя (СИ)

— Приблизившись вплотную, обвел брезгливым взглядом его модный пиджак. — Для тебя слово магазин — это помещение, в котором продаются брендовые шмотки. Для меня — часть оружия из которой подаются патроны при стрельбе. Чувствуешь разницу?

Я только успел схватить его за полы пиджака, как Зверев завопил:

И в этот момент в кабинет влетели два охранника. Скрутить меня им не удалось: одному съездил по роже, когда тот схватил за руку, второму, кажется, сломал ребра, когда попытался обхватить меня сзади.

Сам не знаю, как Звереву в этой потасовке удалось трусливо вынырнуть из кабинета, но когда я выходил, видел его уже в конце коридора.

— Я тебя по судам затаскаю! Здесь везде камеры! Все зафиксировано! — выкрикивал он.

Меня разрывало на части всю дорогу до дома.

Да, черт возьми, я воин в душе. И Алиса, выходя за меня, знала об этом. И почему-то на тот момент она была согласна и с моими командировками и с тем, что в один момент может стать вдовой, и что если у нас будут дети, то они редко будут видеть отца — мы все это обсуждали.

И говорила, что готова к этому.

Да вот только спустя год начались разговоры о том, чтобы я сменил работу. Устала она от такой жизни. Устала, видите ли!

А еще спустя год — начала мутить с этим ресторатором! А началось все с тортиков, которые она пекла в его ресторан!

И два года — Два. Чертовых. Года. Пока я был в горячих точках, она кувыркалась с ним то в Королеве, то на нашей хате.

Идеальная Алиса? Хорошая верная жена? Уютная? Домашняя?

Да вот просчитался! Не пироженки она пекла ночами, а жила на два фронта! И дальше бы жила, если б не залетела от него.

Я любил ее. Один раз за четыре года допустил ошибку, за которую себя не оправдываю. По пьяни это было или не по пьяни, черт с ним — было! И готов был землю жрать, только бы простила.

Поборолся бы Зверев за нее…

Я бы тоже поборолся.

Но один разговор поставил все на свои места.

Не за что там было бороться.

Сама побоялась сознаться, так хоть этот черт открыл на все глаза.

Войдя в подъезд, лоб в лоб столкнулся с братом.

— Ты чего трубку не берешь? — возмутился Макс. — Мы едем к Звереву отмечать повышение или как?

Я ему как на духу вывалил все, что узнал от Юли, и что только что произошло в банке.

Поднялись в квартиру, выпили вискаря, поговорили по душам.

Признаться честно, только с Максом я мог так откровенничать. Именно он был свидетелем всех моих срывов из-за Алисы. Именно Макс на мои слова «теперь мне терять нечего, убьют, так убьют», он отвечал:

— Вся твоя жизнь не крутится вокруг одной Алисы. Подумай о матери, Тём. Она каждый раз за сердце хватается, когда ты уезжаешь в командировки. И что будет с ней на твоих похоронах? Да похороним мы вас в один день, зуб даю! Ты лучше вот что, прислушайся к моему совету. Сам знаешь, так тебе будет легче.