Она разрушила нашу семью

Он едва успел поймать Милу за локоть и развернуть к себе, как получил звонкую оплеуху. Потом ещё одну и ещё. Жена не выкрикивала оскорблений и обзывательств, которые он заслужил на все сто. Она просто била его, а он… Он покорно принимал заслуженное.

Наконец, выдохшись, Мила отступила. Стояла напротив него, тяжело дыша, выглядела так, словно превратилась в фурию, а он не знал, что ей сказать. Веры ему не было, Курилов это понимал. И как оправдаться – не представлял.

– Это какая-то ошибка, – начал говорить, но Милена прикрыла глаза и вскинула руку, давая ему знать, чтобы замолчал.

– Мне нужны… дня три, не больше, – выдохнула она едва слышно, что заставило Курилова нахмуриться.

– Не понимаю… – начал он, но Мила его оборвала:

– Дня три покоя. Я хочу три дня. Всего лишь. Дальше мы с тобой встретимся и обговорим, как станем действовать в плане развода.

– Я с ней не спал! Это чудовищная ошибка! – проорал Арс, делая шаг к жене.

Она снова отступила, на них уже обратили внимание – даже несколько «благодарных» зрителей образовалось, что смотрели на «представление» с нескрываемым интересом. Чёрт бы их всех подрал!

– Курилов, услышь меня, пожалуйста. Наш брак окончен. Мы разводимся. Твой положительный тест на отцовство – лишь вишенка на торте. А основа – многолетняя ложь. Нам не по пути, Арс. И если ты, живя со мной, думал, что всё это, – она неопределённо помахала ладонью в воздухе, – может окончиться иначе, то ты жестоко ошибался.

Переведя дыхание, Мила стала смотреть куда-то в сторону. Как будто хотела показать этим, что больше он ей не интересен. А Курилову вдруг стало настолько страшно, что даже дыхание сбилось. Осознание, что потерял самое дорогое, ударило под дых. Выбило весь воздух из лёгких, почти уничтожило.

– Милаш… я буду разбираться. Этот тест – какая-то подделка. За девять лет, что мы с тобой вместе, у меня никого кроме тебя не было…

– Перестань! Хватит!

Она обхватила себя руками и замотала головой. Красивое родное лицо исказила гримаса боли, но жена очень быстро взяла контроль над эмоциями.

– Три дня, Арсений. И если за это время ты появишься рядом – я за себя не ручаюсь!

Она буквально выплюнула эти слова ему в лицо, после чего, развернувшись, помчалась прочь из клиники. Курилов же постоял немного, а потом цветасто выругался. Прямо сейчас он должен был не бежать за женой, чтобы заверить её в том, доказательств чего не имел.

Прямо сейчас он был обязан вернуться к Лиде и попытаться выяснить, что же за хрень произошла с этим сраным тестом.

Она обнаружилась сидящей возле того кабинета, из которого Мила бежала, как из геенны огненной. Сжимала в кулаке результаты, а у самой на лице было такое выражение, как будто Лиду вывели на площадь и побили камнями.