Она моя зависимость (СИ)

Прикрываю глаза, проваливаясь в какой-то сон, что граничит с реальностью. Вереница слов, действий. Стены отцовского кабинета сменяет кладбище.

Вокруг люди. Много людей. Черные костюмы, платья и палящее солнце. Невыносимо жарко. Хочется снять пальто, но я стою не шевелясь. Смотрю на землю, что слетает с блестящего острия лопаты и падает на крышку гроба.

Жутко. Впервые в жизни мне по-настоящему страшно.

Ну что, брат, ты всегда хотел внимания… Но разве такого? Не думаю.

Скольжу взглядом по собравшимся вокруг могилы людям, и губы сами рисуют на лице ухмылку. Единственный из присутствующих, кто знает реальную причину смерти, это Царев, остальные уверены, что у брата был рак. Даже здесь отец предпочел солгать. Труп хорошо загримировали, поэтому следов аварии на лице не видно.

Когда вырытая могила ровняется с твердой землей, мама снова падает на колени. Ее руки скользят по свежевскопанной земле. Еще немного, и она просто ляжет рядом.

Лицо отца сливается с проплывающими над головой облаками. Такое же серое, по-мертвецки бледное.

Он смотрит на рыдающую мать и робко опускает глаза в пол. Никогда в жизни я не видел его таким. Никогда.

Делаю шаг в сторону мамы, поднимая ее с земли.

– Мама, – крепко сжимаю ее в своих руках, – мама…

– Андрей, – она хрипит. Глотает воздух через рот, продолжая плакать.

Она плачет, не прекращает что-то говорить. Еле связно, разобрать нереально, да я и не пытаюсь. Успокоить ее сейчас просто невозможно. Даже успокоительные не помогают. Утром, перед тем как мы поехали сюда, врач сделал ей укол, но либо его действие уже закончилось, либо он не сработал изначально.

– Пойдем в машину, – говорю совсем тихо, – идем.

– Я не уйду. Я никуда отсюда не уйду. Как я его оставлю? Как я его здесь оставлю?

Ее тянет вниз. Приходится приложить усилие, чтобы удержаться на ногах и не позволить рухнуть ей.

Мы уходим с кладбища под колокольный перезвон. Ветер разносит его на метры вокруг. Душно.

Дома отец сразу запирается в кабинете. Особняк ломится от шныряющих по периметру людей.

Хочу отвести маму в спальню, но она качает головой.

– Нет, так нельзя. Нужно его проводить, – шепчет.

Поминки проходят в ресторане, отец приезжает туда со стеклянными глазами. Сколько он выпил, одному богу известно.

Мама бросает на него раздраженный взгляд, но он быстро потухает. Она всхлипывает, видимо снова вспоминая о Славике.

Все время, что мы находимся в ресторане, я сижу рядом с ней. Не пью. Сам отвожу ее домой и по-тихому сваливаю к себе.

Оставаться в доме просто невыносимо.

Долго смотрю на единственную совместную фотку с братом в своем телефоне.

Мы никогда не были близки. Одиночки. Несмотря на родство крови.

Разные компании, разные интересы, разные планы на жизнь.

Я даже понятия не имею, чего он хотел.