Она – моя, и Ты тоже! (СИ)

— То что? Снова попытаешься спрятать от меня моего ребёнка?! — Рома нагло выгибает бровь и не думает даже отступать, он будто разгорается с каждой секундой всё больше и больше. Будто готовится напасть на Машу, если та ещё хоть слово скажет. Вижу в его глазах лютую ненависть к моей подруге, и меня это здорово пугает.

— Ром, успокойся, пожалуйста… — жалко выдавливаю и пытаюсь встать на защиту подруги.

— А ты не вмешивайся! — зло сверкает своими глазами теперь на меня. А после снова поворачивается к Маше. — Хотя чего я удивляюсь, ты и своих детей тоже хотела спрятать от Руслана.

Господи, у меня мурашки встают дыбом от его холодного голоса и убийственного взгляда. Он чересчур эмоционально отреагировал на мою подругу. Ситуация до предела накалена. Боюсь, сейчас начнется ужасное и непоправимое, если они не остановятся.

— Не смей… — Маша ожидаемо вспыхивает и хочет тоже в ответ ему что-то сказать, но, слава богу, Руслан вовремя вмешивается.

— Маша, замолчи! Зайдите в дом.

Кажется, теперь и Руслан разозлился.

Хоть бы пережить этот день и мирно разойтись. Моё бедное сердце бешено бьется в груди, но я пытаюсь держаться.

— Дружище, успокойся и не переходи границы. Ты — мой друг и брат, а сегодня ещё и гость в моём доме. Понимаю, что ситуация не из простых, но всё же прошу сохранять спокойствие.

Слава богу, Руслан находит правильные слова, и Рома вынужден уступить другу.

В дом мы заходим все взвинченные и нервные. Руслан и Роман уходят на террасу покурить, а мы с Машей и детьми остаёмся в доме. Немного выдыхаю и снова обнимаю подругу.

— Прости, это из-за меня ты попала в такую ситуацию.

— Не говори глупостей, я бы тоже пряталась от такого индюка, — заявляет подруга, и мы тут же истерично начинаем смеяться одновременно.

Когда смех проходит я серьёзно смотрю на подругу, а потом оборачиваюсь, чтобы проверить, смогут ли они нас услышать. Убедившись, что им не до нас сейчас, обращаюсь шёпотом к подруге.

— Маш, ты что-нибудь знаешь об Игоре? — умоляюще смотрю на неё.

Она же в отличие от меня не думает переходить на шёпот. Оно и понятно, она никого не боится. Но я прошу всё же говорить тихо, так как защитников у меня, как у неё, нет. А мне с этим жестоким мужчиной ещё придётся жить.

— Эмм… — замялась подруга. — Он знает, что ты теперь с Ромой. Думает, что у вас всё по любви …

— Прости, — виновато смотрит на меня подруга. — Пойми, я была вынуждена заставить его поверить в это, иначе он, дурачок, наделал бы глупостей. Рома бы его просто раздавил. Это была вынужденная мера.

Я отхожу от неё и нервно хватаюсь за шею. Царапаю себя, сжимаю пальцами кожу до боли. Я всегда так делаю, когда нервничаю. Хожу взад-вперёд, пока подруга силой не усаживает меня на диван.

— Прошу, не обижайся на меня.