Она любит плохих парней

– Я ни в чем не… – Удавка затягивается на горле, не позволяя закончить.

Дарий растирает мои плечи мягкими движениями, подбадривает, хочет добавить сил. Нужно отделаться от него. Спрятаться. Сбежать.

– Я ни в чем не виновата, – тараторю я, не веря ни единому слову.

– Умница. А теперь домой.

Выходим из машины, Дарий обнимает меня за плечи и ведет к подъезду. Поднимаемся в лифте, но я точно знаю, что падаю все ниже и ниже. Останавливаемся у двери в квартиру Дария, он вставляет ключ в замочную скважину. Щелчок закладывает уши, проносится треском по костям, и я отступаю, уставившись под ноги.

– Лучше пойду к себе.

– Мне бы этого не хотелось, – говорит Дарий, открывая дверь.

– Дар… – вздыхаю я жалобно, слов больше нет.

Он шагает ближе и обнимает меня, целуя в висок:

– Я зайду через пару часов.

– Угу, – киваю я и торопливо выпутываюсь из объятий.

Стараюсь вести себя уравновешенно, игнорируя колючий ком в горле и контролируя каждое движение. Не хочу, чтобы Дарий переживал, не хочу, чтобы он видел меня такой. Вхожу в квартиру и закрываю за собой дверь, стягиваю пальто и снимаю сапоги. Шагаю к подоконнику, беру ноутбук и забираюсь в постель, упираясь спиной в холодную стену. Открываю рукопись с рабочим названием «Как завоевать плохого парня. Дубль два» и читаю первые несколько глав, роняя слезы на клавиатуру и растирая осколки сердца в пыль.

Страницы летят одна за другой, добираюсь до последней главы, до того самого финала, который еще не написан и никогда уже не будет. Теперь я точно знаю, как именно мне хотелось бы завершить эту историю. Герои разобрались бы в себе, сделали выводы и… стали счастливыми, взрослыми, сильными. Исполнили бы мечты, хотя бы попытались, прожили интересную жизнь, не факт, что очень счастливую, но главное, долгую. Вот он, настоящий счастливый финал. Когда еще есть шанс на лучшее будущее, есть надежда и время, чтобы все изменить и исправить. Мигающий курсор на белой странице будто насмехается, каждое его колебание замедляет сердцебиение. Стискиваю зубы и безжалостно удаляю рукопись целиком, избавляясь от доказательства моей неоспоримой вины. Захлопываю крышку ноутбука и падаю на бок, закрывая опухшие от слез глаза.

Наверное, так и есть. Наверное, она права. И я понятия не имею, как теперь жить дальше.

Я всегда считала, что книги могут подготовить ко всему в этой жизни, а любимые герои были для меня более чем реальны. Когда кто-то из них страдал, я сопереживала, когда они радовались или достигали высот, я была счастлива и горда, а когда кто-то из них погибал, скорбь и грусть накрывали с головой. Чувства к ним были настоящими, но я даже не подозревала, что они и вполовину не так сильны, как чувства к реальным людям.