Она – его одержимость

Сейчас с меня спадет маска, и я стану сама собой. И только остается надеяться на высшие силы, что Стас не узнает меня даже под прикрытием.

– Что? – хрипит мужчина, стаскивая с себя боксеры, и я не могу отвести взгляда от его крепкого и большого члена, что сейчас стоит в полной боевой готовности.

– Пожалуйста…– шепчу, а руки сами тянутся вниз, туда, где все горит огнем, требуя, чтобы Стас вошел.

– Скажи, чего ты хочешь, нимфа, – он нависает надо мной, тяжело дыша и испепеляя взглядом. – Ничего не будет, если ты не скажешь этого.

Закусываю нижнюю губу, неожиданно проявляя упрямство. Трусь об его член, как кошка, с удовольствием глядя на то, как Стас стискивает зубы.

Но за семь лет я забыла, что он – самый упрямый мужчина на свете. Стас буквально вдавливает меня за талию в матрас, не давая возможности пошевелиться.

– Так не пойдет. Я хочу это услышать, нимфа.

Чертов самодовольный самец! Хрен с тобой!

– Возьми меня, – хриплю, извиваясь в его руках.

Со Стасом так было всегда: ему достаточно просто касаться меня, быть рядом, и я загоралась, как спичка. Я хотела его постоянно. И принадлежала только ему. И принадлежу.

К счастью, моей короткой фразы достаточно, и Стас, немедля, одним резким движением разрывает на мне кружевное боди пополам. Стаскивает остатки, и они приземляются куда-то на пол.

Мужчина вновь нависает надо мной, и я не сдерживаюсь, сама припадая к его губам. Стас моментально просовывает язык, словно показывает, за кем тут последнее слово.

Но он так же быстро отрывается от меня и прокладывает поцелуями дорожку, повторяя путь моих пальцев. Когда он прикусывает сосок, я не сдерживаю стона, выгибаюсь под ним и комкаю простыни ладонями.

Но Стасу этого мало: он продолжает свой путь вниз и вот уже языком играет с моим пупком, покрывает мой живот короткими поцелуями, а одновременно с этим его пальцы касаются треугольника между ног, поглаживая мокрые складки. Это выше моих сил!

– Возьми меня! – требовательнее повторяю, вонзая в него шпильки от босоножек. Мужчина шипит, но довольно улыбается. Но тут же становится серьезным.

– У тебя был кто-то после меня?"

"Замираю от этого вопроса. Перевожу шокированный взгляд на Стаса. Что он имеет в виду? Узнал или…

– У тебя был кто-то после той ночи, нимфа? Отвечай! – звучит жестко, и он стискивает мою талию в своих больших ладонях.

А я облегченно (в который раз за вечер!) выдыхаю и широко улыбаюсь:

– Только ты, мой господин.

И это правда. В моей жизни есть место только Стасу.

Большего ему и не нужно: одним резким толчком он вторгается в мое тело, и мы оба стонем в унисон. Мужчина берет бешеный темп, а я вонзаю ногти в его спину, давая понять, чтобы он и не вздумал останавливаться.