Он вне закона

От былого веселья не осталось и следа. Будто в один миг кто-то попутал кадры из киноплёнки, и вместо молодёжного сериала включил фильм ужасов.

Поддавшись настроению толпы, тоже бегу по ступеням вниз. Я чуть не опоздала. Поняла, что в клубе творится что-то неладное, когда добрая половина отдыхающих уже покинула заведение.

— Твою мать! — рядом орёт изрядно выпивший парень с бритой головой и толкает меня в плечо, чтобы вырваться вперёд.

Я пошатываюсь, но не падаю.

Слышится взрыв, на втором этаже поднимаются клубы дыма, и в ""Элладе"" тут же включается пожарная сигнализация с системой пожаротушения. Волосы и одежда промокают, а тело начинает колотить мелкая дрожь. Что происходит? Где Лерка? И что я вообще здесь делаю?

Следом за взрывом следует череда выстрелов. Кажется, что они раздаются где-то совсем рядом, над моей головой. Оглушающе и опасно. В ушах шумит, перед глазами всё расплывается, поэтому, едва сбежав на первый этаж, я прячусь под широкую деревянную лестницу.

Сердце клокочет словно сумасшедшее, а зубы громко клацают от страха и холода. Возможно, я поступаю неправильно, но сейчас мне хочется спрятаться и укрыться, не попадая под пули. До выхода могу не успеть добежать.

Надеюсь только, что скоро этот кошмар закончится, и здесь меня не найдут, не тронут. Приедет полиция, разгонит весь этот беспредел, и я смогу снова вернуться в свою прежнюю скучную жизнь с пьющей матерью.

Следующий выстрел заставляет бежавшего на выход парня рухнуть на пол прямо рядом с лестницей. Я вижу его безжизненное лицо, застывшее в гримасе ужаса, широко распахнутые глаза и расползающуюся под головой лужу крови.

— Боже мой… боже… вы живы?!

Не знаю, зачем я вообще его спрашиваю. В том, что этот парень мёртв, у меня нет никаких сомнений, хотя до сегодняшнего дня я никогда не видела смерть настолько близко. Буквально в метре от себя.

Приторный запах крови проникает в ноздри, я цепенею, но всё же заставляю себя отползти глубь лестницы и свернуться клубочком.

Через считанные минуты выстрелы утихают, впрочем, как и крики людей. Напротив, в клубе становится так тихо и пусто, что в голове пролетает мнимое: «Закончилось». Но о том, чтобы выйти из своего убежища, не может быть и речи. Я уговариваю себя посидеть ещё хотя бы несколько минут, чтобы убедиться в том, что это безопасно.

Проходит немного времени, прежде чем я слышу шаги. Влажная одежда прилипает к телу, а лужа крови от убитого мужчины почти подобралась к моим ногам. Не знаю, сколько времени я смогу здесь пробыть. Высовываться рано, потому что я здесь не одна и пока не разберу, кто из присутствующих в клубе может быть вооружен и опасен. Кто вообще устроил этот хаос среди мирных людей? Надеюсь, что он будет справедливо наказан.