Он уходя спросил

Побольше бы таких.

IX

Мисс Сара Корби оказалась не похожей на англичанку, как я их привык представлять. Рыхлая, пухлощекая, с завязанными в узел черными волосами она скорее напоминала татарку – в широком лице проглядывала какая-то азиатчинка. А может быть, так казалось из-за того, что веки и щеки опухли от слез. Знаменитой британской сдержанности в главной свидетельнице не было и в помине.

Хвощову она встретила громким ревом и причитаниями, смысл которых легко угадывался, хоть слов я не понимал.

Алевтина Романовна заговорила с ней на английском, кажется, успокаивая.

Я этого языка совсем не знаю. В гимназии я, как все, учил французский и немецкий. Английский во времена моего отрочества считался языком совершенно необязательным.

– Мисс Корби готова отвечать на ваши вопросы, – сказала мне Хвощова.

Англичанка смотрела на меня своими заплывшими глазками с ужасом. Видимо, я представлялся ей грозным мечом закона или чем-то в этом роде. По опыту знаю, что с сильно испуганным свидетелем разговаривать бессмысленно – он цепенеет и не может внятно ответить на самые простые вопросы.

– Госпожа Ларр, допросите ее вы, – попросил я. – Потом перескажете мне. А когда она немного успокоится, я попрошу вас перевести и мои вопросы.

Мари села на кровать, взяла англичанку за руку, погладила, произнесла что-то ласковое, и нэнни сразу перестала дрожать. Я вспомнил про «декодинг». Кажется, он работал.

Няня заговорила сама, не дожидаясь расспросов, быстро и сбивчиво. Продолжалось это довольно долго, мисс Ларр не перебивала. Алевтина Романовна слушала с мукой на лице, утирая слезы. Мы с Кнопфом, таким же знатоком английского, как я, томились.

В конце Мари задала только один вопрос.

Сара Корби кивнула и спустила ноги с кровати.

– В чем дело? – спросил я. – Куда это она собралась? И что она вам наговорила?

– Я спросила, может ли она ходить. Будет лучше, если я изложу вам ее рассказ на месте преступления.

Что ж, идея была здравая.

Мы подождали за дверью, пока мисс Корби наденет больничный халат, и все отправились в парк.

Он был довольно обширный, с чудесным прудом, вокруг которого росли густые кусты.

Продолжая переговариваться с англичанкой, госпожа Ларр остановилась у деревянного помоста, нависавшего над водой.

– У них с девочкой заведено всякий раз после визита к врачу приходить сюда, – стала объяснять Мари. – Даша устраивала здешним уткам tea party, это такой британский обычай, мало похожий на русское чаепитие. Няня садилась на ту скамейку перед кустом и доставала вязание. Даша спускалась на помост и готовила «прием». Она любит, чтобы всё было церемонно и чинно…

– Моя маленькая принцесса, – всхлипнула Хвощова.

– И в этот раз всё шло по заведенному ритуалу.