Он тебя не отпустит

— Прости, сам не знаю, что на меня нашло, — прозвучало весьма искренне, но я всё равно продолжила злиться.

Спрыгнула со столешницы, подняла с пола полотенце, которое сорвал с моей головы Шахин, и молча пошла в ванную комнату. Закрылась изнутри на замок. Дала волю слезам.

Горько. Обидно! Но, а что делать? Он предал меня, а такое я прощать не собираюсь.

Вон Руслана никак не прощу, хотя ходит второй год. Наивный. Рассчитывает, я позволю ему жить в моей квартире. Первое время он даже пытался ухаживать и я, грешным делом, подумала, что у него действительно проснулись ко мне какие-то чувства. Но какие там чувства? Горбатого исправит только могила. Башаров показал своё истинное лицо в очередной раз, когда заявился ко мне по пьяни и тогда я поняла, что поступаю абсолютно правильно — нельзя давать второй шанс предателю! Оказывается, после смерти мамы Руслан просрал всё, что можно было: родительскую квартиру, нашу дачу и машину. Как так вышло? А вот не знаю. Но такой голодранец стал неинтересным моей бывшей лучшей подруге. Она его выгнала и теперь этот гад требует разделить мою квартиру пополам, мол, это будет по-честному.

Включила в кране холодную воду и стала умываться. Тёрла глаза до тех пор, пока не ощутила жжение. Выключила воду, схватила с вешалки полотенце и промокнула влажное лицо.

В зеркале увидела красные глаза и чуть опять не разревелась. Да за что мне всё это, Господи? Неужели платою за долгожданного сына станут все эти тяжёлые испытания судьбы? Шахин же теперь никуда не уйдёт. Да он теперь мне и Никите жизни спокойной не даст…

Проторчала в ванной комнате больше, чем планировала, ну и ладно. Вышла в коридор и только успела зайти на кухню, как встретилась взглядом с Муратом. Он посмотрел на моё слегка припухшее от слёз лицо и недовольно нахмурил брови.

— Ты плакала, Кать? — спросил он, но я ничего не ответила, сделав вид, что очень сильно занята приготовлением чая. — Если это всё из-за того поцелуя, то я обещаю тебе, что подобное не повторится.

Ухмыльнулась. А может я хочу, чтобы он повторился, да только не отмотать жизнь на много-много лет назад, как и ничего уже не изменить.

Поставила на стол чашки с чаем, а на большое блюдо выложила порезанный торт. Села на стул напротив Шахина и стала смотреть на него пронзительным взглядом.

— Давай договоримся сразу. Я пока не знаю, как всё это провернуть, но если ты захочешь, то с Никитой можешь видеться, — у Шахина загорелись глаза, но я быстро продолжила, — правда, юридически ты продолжишь оставаться никем. Так будет лучше.

— Кому лучше, Кать? Тебе? Или нашему сыну? — озлобленно спросил он, а я так и видела, как сжимались его пальцы просто до побеления.

— Ты своё право стать отцом утратил еще до рождения Никиты.

— Бред, — закатил глаза.